?> Тетрадь по завещанию. Глава тринадцатая. - Порно рассказы

Тетрадь по завещанию. Глава тринадцатая.

Глава тринадцатая.

Тина приняла душ и обследовала мою берлогу на предмет съестных запасов - открыла холодильник, хмыкнула, закрыла. Пошла одеваться. Куда был положен обруч с височными кольцами, я снова не увидел. В ванную она зашла в нем, вышла уже без. Обычной курносенькой девчонкой, хотя нет - юной красавицей. В комнате, она села на сексодром, заплести волосы в косу, я вспомнил, как ее прабабка рассказывала мне о реке и «корягой» проплыл мимо нее.

- Не смотри так? Я в магазин! Нужно купить продуктов на сегодня и в поездку, на первое время.

Вместо ответа, я лишь поправил в семейниках «красавчика».

Тина прыснула смешком и развернулась ко мне спиной. Она сидела на ножках, ее стан сужался на талии и под весом тела расширялся в бедрах до не могу терпеть, сейчас наброшусь. Появились шаловливые мысли, почувствовал, как на обереге рысь предупредительно меня царапнула.

- Думаешь так, ты менее соблазнительна? - спросил я, упав на сексодром и обвив ее прохладную попу своим торсом. Опустил меж её ног локоть, подпер подбородок ладонью, заглянул в глаза.

- Я там, в прихожей, на полочке денежку нашла, - ответила она, улыбнувшись, - и часы. Женские!

- Опять ревнуешь?

- И ничего, и нисколько! - заплетая кончик косы, брызнула она зеленью глаз. - Не возьму же я сама! Еще скажешь, украла!

- А ты можешь?

Она сморщила носик. Я поцеловал ее в пупок.

- Антошка!..

- Что?

- Мне сейчас трусики одевать!

- Я тебе не мешаю...

- Да... Жаром, так обдало, хоть снова в душ! Перестань!

- Перестану, если поцелуешь.

- Чуть?

- Чуть...

Тина чмокнула меня в нос, соскочила с сексодрома и, прихватив свою одежду, убежала на кухню.

- Это не считова!

- Считова, считова... - послышалось из кухни.

Я поправил своего полувосставшего «красавчика» и раскинул руки по большой кровати.

- Может, тебя в супермаркет отвести?

- Не... Не надо... Я сама, пройдусь, гляну. Не торопясь...

- Ну, смотри...

Она зашла в комнату. В плаще, с дамской сумочкой на плече. Наклонилась ко мне, поцеловала в губы. Я хотел ее обнять, но Тина протестно замычала, не отрываясь от меня. Поцелуй был долгим - освежающим, приятным, вкусным.

- Так считается? - спросила она, топя меня в зелени своих глаз, когда наши уста разомкнулись.

- Да...

- Часы выброшу... Жди... скоро не обещаюсь.

- Ну, ты же придешь?

- Обязательно... И с продуктами, - услышал я из прихожей.

Хлопнула входная дверь.

Нужно было все-таки уговорить Тину на совместную прогулку. Обычная мужская лень, но как только остался один - минуты через три, меня скрутила такая тоска, пожалел, что не настоял. Прошел на кухню, полистал тетрадь, что так и лежала на столе. В голову ничего не шло. Перед глазами была Тина, сидевшая обнаженной на сексодроме. Член снова напомнил о себе шевелением в трусах. Снял, обнажаясь, вернулся в комнату к зеркалу.

На меня смотрел тридцатилетний мужик со стояком тинэйджера. Загнул его в одну сторону - другую. Нет. Нужно отвлечься. Позвонить Вилке, сказать, что завтра на работу не выйду?

Я просто сбежал от навязчивой мысли, расслабится. Запаковал член в симейники снова, нашел в прихожей - в висевшей там куртке мобильный. Прошел к столу на кухне, сел, нога на ногу, нажал вызов.

- Вилка, привет!

- Привет... - без особого энтузиазма ответила она.

- Мне нужен отпуск за свой счет, на две недели.

- Больше ничего?!

- Нет...

- Антон! Ты знаешь, как на меня наорала Гелена?! Когда узнала, что ты сбежал из больницы с моей помощью! И у Тани, теперь неприятности...

- Вилка, я женюсь...

В ответ, молчание с минуту.

- Гелена тебя убьет! - наконец-то проговорила Вилка.

- Если я останусь, меня убьет нечто покруче Гелены, вместе с ее мужем мэром.

- Пиши сразу заявление, Антон. Она будет в ярости!

- Перебесится. Я Гелену знаю...

- А кто она?

- Девушка...

- Естественно, не парень. Ты в нетрадиционке не отмечен. Имя?

- Тина...

- Из наших? Журналистка?

- Точно, не из наших! Она особая...

- Антон, я тебя просто не узнаю! Тина, Тина... Это не та, то ли внучка, то ли правнучка?..

- Она.

- Ну, я так и знала! Опоила приворотом!

- Брось, Вилка... Никто меня не опаивал.

- Точно, тебе говорю!.. У меня была подруга, на мужиков совсем не смотрела, а тут встречаю, она прямо летает - замуж, заявляет мне, выхожу...

- Как отпуск? - оборвал я.

- Ой, ладно, будет! Две недели, не больше. Наплету Гелене - поехал в какой-то медвежий угол, к бабке, приворот снимать. Покричит, конечно, в первый раз, что ли...

- Спасибо, Вилка...

- Гелена идет... Всё отключаюсь...

Чтобы я делал без Вилки. Как она точно угадала. Действительно, в медвежий угол к бабке, только не приворот, скорее порчу снимать.

Мои мучения в ожидании продлились часа три. И вот он, миг счастья - на входной двери заскрипел и щелкнул замок, открылась. Словно бальзам на душу - Тина пришла! Никогда я не испытывал, такого блаженного, щемящего чувства, бросился встречать...

Она входила в квартиру боком, держа в обеих руках по три пакета. Пыхтела ежиком, раскраснелась. В зеленых глазах святились лучики счастья.

- Принимай лежебока, лентяй! - произнесла она, увидев меня в трусах. Наверное, ради одной этой фразы, брошенной в ворчании любимому мужчине, женщины готовы повторять и повторять силовые упражнения с многочисленными сумками.

Говоря, она гордо вскинула счастливое лицо, и я поймал ее уста поцел

уем. Замычала, повернула голову в одну сторону, в другую, но я не отпускал ее губ, отклонилась, вырвалась...

- Сумки возьми! - брызнула в меня зеленью глаз. - И дверь, дай, закрою... целовальщик!

Я сгрёб пакеты, отнес на кухню, водрузил на стол и вернулся. Наткнулся грудью на ее ладошки. Выставив вперед руки, она остановила меня. Но когда вытряхивалась из плаща, подпрыгивая, я снова урвал поцелуй.

- Губы опухли уже! - округлив глаза, произнесла она.

- Какие?

Тина подавилась смешком, отвернулась, повесила плащ.

- Готовить, сейчас, будем! - постановила она. - Я столько всего накупила! Пошли, смотреть...

Тина вынимала из пакетов, колбасы, копченое мясо, нарезкой, зелень, соки в пакетах, овощи, фрукты... подносила к моему носу и складывала в холодильник. Чтобы, я все перенюхал, это было обязательной процедурой, мое лицо, млеющие котом, доставляло ей столько удовольствия. После особо удачной мимики, она позволяла себя целовать, чмоком.

Вечер мы провели на кухне, я помогал Тине тушить мясо с овощами, резал, шинковал... Болтали, шутили, смеялись, иногда я ее обнимал, но она мягко меня избегала...

Поели. Я сам вымыл посуду, пока Тина готовила ко сну постель.

Решили лечь пораньше, чтобы выехать утром с рассветом. Сердце мое бешено колотилось. Вытерев последнюю тарелку и определив на сушилку над раковиной, я провел по груди - оберег никак себя не проявлял, рысь не царапалась, но и прототеща не подмигивала. Я его вообще не чувствовал, зато чувствовал небывалый подъем в трусах. Вытер руки, пошел в комнату.

Тина в шортиках и топике, сооружала на сексодроме баррикаду из одеяла, проложив его жгутом ровно посредине. На каждой стороне подушка.

- А укрываться, чем будем? - спросил я, присев со своего края.

- Простынями... - ответила она, заканчивая сооружение преграды.

- Я голый сплю, обычно...

- Я тоже...

Вскинул на нее взгляд, вопросом...

- Не сегодня, Антошка, - перекинулась через баррикаду, чмокнула.

- Боишься?

- Я хочу, очень! Но, не сегодня...

- Почему?

Она отпрянула, пожала плечами.

- Ложись, и выключи свет. Я пока в ванную.

Выполнив её указания, оставив только ночник, я принял горизонтальное положение. Укрылся простынею и очень быстро обнаружил на ней холмик. Тина вернулась обнаженной с распущенными волосами, увидела, хмыкнула. Перелезла через меня, задев холмик соском, он стал еще больше... с влажным пятнышком.

- Антошка, я случайно! Прости... - выглянула она зеленым глазом из-за баррикады.

- Алевтина сказала мне: «Кто ж вам ласкаться-то мешает?», - ответил я, на всякий случай, проведя рукой по груди - рысь не царапалась.

Из-за баррикады появилось два зеленых глаза. Тина откинула со лба прядь русых волос.

- Ласкаться? Как? - тихо спросила она.

- Этого я не успел спросить...

- Сильно хочешь?

Я лишь поглядел на холмик, пятнышко на простыне увеличилось.

- Я отвернусь...

- Зачем?

- Ну, ты же хочешь!

- Тин, я тебя хочу...

Она приподнял голову. Резко отвернулась и подняла попку на воздвигнутую из одеяла баррикаду, подала вперед.

- Погладь им... - тихо ответила. Только сверху...

Она подобрала концы длинного волоса с ягодиц на живот и мне показалась ее промежность - розовая, разрезанным пополам персиком, из которого, капелькой, сочилась влага. Я скинул простынь и приложил к ней головку пылающего от возбуждения члена. Она вздрогнула, но попу не отдалила. Накинул на головку крайнюю плоть и, шкуркой, провел по ее естеству, собирая влагу. Тина задрожала ягодицами. Приподняла ногу и пальчиком прикрыла доступ.

- Антошка!.. - прося, буркнула она в подушку.

- Не буду, - прошептал я и прижал член к ягодице.

Тина скользнула пальцем по клитору и застонала... Я оголил головку и стал тереть членом по попке, меж ягодиц. Её пальчик вернулся к клитору и сделал круговое движение. Ягодицы Тины снова сотряслись, она вскрикнула, анус сжался и распустился. Я непроизвольно дернулся, головка члена попала в промежность и была зажата ягодицами. Кончил судорожно, густая сперма ударила Тине в анус и потекла. Она жадно раскрылась, стала размазывать Огнь по клитору набухшему естеству, поджала к животу колени, подав попку еще ближе ко мне, передернулась всем телом.

- Прислони, - шепнула в подушку.

Я ткнул мягким опадающим членом ей в ягодицу, она снова вскрикнула и простонала.

Мы лежали, молча, я слушал урчащее дыхание Тины. Она затихла постепенно. Снова резко повернулась, перекинулась через баррикаду, головой, грудями и чмокнула меня в нос.

- Тебе понравилось?

- Да...

- И мне... - перебралась губами к уху. - Три раза кончила!

- Три! - сделал я удивленное лицо.

- С четвертушечкой... Первый был такой маленький-маленький, не поняла то ли оно, то ли нет, а как ты мне попу Огнем залил - с меня словно хлынуло! Один за другим, думала, помру от наслаждения.

Она переползла лицом к члену и расцеловала его.

- Мой, мой, мой...

Вернулась, потерлась об меня грудью.

- Давай, спать?

- Давай...

Она выключила ночник и скрылась за баррикадой.

- Может, одеялом накроемся, Тин? - спросил я, засыпая.

- Нет, Антошка... ознакомительный период...

Проснулись мы утром в обнимку - одеяло на полу, простыни тоже. Замерзли. Тина открыла зеленые глаза, до предела.

- Антошка?!

- Что?

- Ты меня ночью не...?!

Я в ужасе потрогал свою грудь - рысь не царапалась.

Тина улыбнулась, прильнула, поцеловала.

- Собираемся, уже светает...

Похожие публикации
Щелчок тумблера – и Сашка уверенно включил программу стимулятора, демонстративно выкрутив все регуляторы на максимум... . Приятный журчаший электрический ток окутал головку члена, ласково и нежно...
Хочу признаться сразу, история эта не моя, но на мой взгляд весьма и весьма забавная. Просто хочется  поделиться юмором с собратьями по перу и всеми читателями этого сайта.     *** Я приехал на час...
На следующий день Саша принёс для Жени чёрный чай. Они часто теперь сталкивались в коридорах гостиницы, и Саша немного успокоился в отсутствие выползающих из ширинки щупалец, и стал вести себя не так...
– 40! – вяло повторил высокий небритый мужчина, с всклокоченными волосами. – 50 оренов и не монетой меньше! – выпалила светловолосая девушка, высоко задрав подбородок. – Эх…договорились, –...
Комментарии
Добавить комментарий
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.