Взрослая жизнь моего сына. Глава девятая.

Глава девятая.
Пока я собиралась, группировалась на работу, принимала душ с освежающим гелем, облачалась в трусики, лифчик, деловой костюм, наносила косметикой себе лицо деловой женщины, уничтожала следы похотливой самки, у Арсения было, наверное, самое чудесное утро.
На диване, у его голых ног, скромно сидела юная красавица, обнаженная, еще пахнущая моими соками Ира, и нежно держала его стоявший член в своей руке, лишь слегка шевеля крайнюю плоть, не снимая ее с головки полностью.
Такая не интенсивность действия одновременно возбуждала и доводила его до исступления, заставляло моего сына изнывать от желания как можно быстрее кончить. Он приподнимал попу, чтобы контакт с рукой девушки оставался максимальным, когда она опускала ладонь, прижимал ее к дивану, как только ее рука шла снова верх.
Мне он такого не позволял, просил убыстрить темп, пока не содрогался, стонал и не изливался семенем в мою ладонь. У Иры мой непослушный сын был податливым, я даже сказала бы покорным, лишь сопел, но как только приближался оргазм, она совсем останавливалась и начинала спрашивать нравиться ли ему ее не очень большая грудь? Интересоваться насчет других своих комплексов, стандартных у всех худеньких стройных девушек.
То, что даже самые красивые из них не лишены чувства недовольства своей внешностью, я знала, сама была такой в молодости, меня удивило совсем другое обстоятельство, как ловко мой сын перевел тему с ее на свой интерес. Понимая, что без разговора на откровенные темы ему не получить долгожданный оргазм, он стал расспрашивать Иру чем таким интересным мы занимались утром, что привело нас обеих к яркой кульминации?
— Твоя мама любила меня, а я любила твою маму, — сдалась Ира под вопросами моего сына, чувствуя, как от ее слов напрягся член, даже просто держание его в руке уже могло привести к семяизвержению.
— Как? У тебя же нет пениса! Чтобы сунуть его в маму! Вы терлись своими письками, я видел.
— Ты же знаешь, как устроена мамина пися? Что у нее тоже есть маленький член, называется клитор.
— У мамы он довольно большой, я видал!
— Вот им-то, она и терлась об мой клитор такой же членик, только совсем маленький, об мои половые губки, глубоко в меня не проникая.
— И вы почти одновременно кончили?!
— Да.
— Арсений! Хватит вести урок естествознания! — вмешалась я, почти уже выходя из дома. — Не успела тебя Ира приласкать, как ты выболтал ей все наши секреты. В разведку тебя не возьмут!
— Оля, ты обещала не ревновать, — с обиженным видом соседка отстранилась от моего сына, и его член остался без ее ласковой ладошки.
— Дай ему уж кончить от твоей ласки! — просто возмутилась я.
— Обещай, что больше злиться не будешь!
— Ладно, не буду.
— Я приму ванну с пеной с запахом роз? Я видела флакон на полочке. А то тетя Клава, наверное, уже с работы пришла, теперь ее ванная до обеда занята будет, она там долго отмокает, отдыхает, мастурбирует, я как-то случайно слышала, как она стонет от наслаждения, даже спит. Заодно и белое белье твое, мое постираю.
— Как хочешь, — ответила я, показывая кивком головы на член сына. — Давай, начала так заканчивай!
Ох, совсем не зря Ира бросила свою комбинацию в корзину моего грязного белья, с этой мыслью, я вышла, слыша за спиной стоны моего сына, финальные аккорды от ее руки.
На работе, я была немного нервная, если не сказать злая. Дала нагоняй всем своим сотрудникам, поругалась с главным бухгалтером, за то, что он не захотел брать Николая себе в шофера, в охрану он сам не захотел. Заставила написать заявление, уволила по собственному желанию, без отработки.
В общем день не задался с самого начала, и все из-за того что Ира осталась наедине с моим сыном. Что они там делают вдвоем? Конечно, девственность Иры, некая мне гарантия, но в попу ему же дать может?! Я обещала не ревновать, но все же лучше бы она осталась в своей съемной комнате, подслушивала, как мастурбирует за дверью санузла, возлегая в ванной, тучная тетя Клава и ублажала бы себя, а не моего сына.
Кое-как выдержала до трех часов дня, сославшись на дела в мэрии, наконец-то поехала домой. Я так спешила, что открыв дверь подъезда, зацепилась, остановилась, чтобы не порвать свой деловой пиджачок.
Когда отцепляла рукав, услышала:
— Эта, стерва, меня сегодня уволила! Представляешь?
Это был Николай, звучал его хорошо знакомый мне голос. Стараясь сильно не шуметь, я осторожно закрыла дверь, прижалась к стене, чтобы меня не было видно с лестничного пролета второго этажа.
— Сам виноват! — услышала я Иру. — Говорила тебе, давай создадим видимость, что ты вскружил мне голову, в постель к нам она все равно бы не полезла. А теперь Оля ревнует меня к своему сыну! И спит со мной только потому, что боится от меня заявления, что она живет со своим сыном, занимается сексом как с мужчиной.
— Она уже для тебя Оля?
— Оля, Ольга Степановна, разве это чего-то изменит, когда она узнает, зачем я втерлась ей в доверие? — грустно ответила она.
— У меня есть номер телефона одного яростного борца за права детей, напиши заявление на с
оседку, так, мол, и так, мальчик в беде, надо спасать. Дальше оно само все как нам надо пойдет.
— Ничего писать я не буду! Я не стану отнимать ребенка у матери!
— Забыла, из какого дерьма я тебя вытащил?
— Не забыла! Поэтому не стану делать мальчика сиротой при живой матери, только за то, что она показала ему свою письку
— Значит за нашего родного отца, этой бывшей поломойщице, соске подзаборной, отомстить ты не хочешь? Понравилось с ней спать?
— Знаешь, отец тоже был не ангел! У нас с тобой разные матери, мою мать, — он бросил сразу же, как я родилась!
— Эта соска мужских причиндалов присвоила весь его бизнес! Все что сейчас принадлежит ей, должно принадлежать нам. Это она должна мыть у меня в кабинете пола, а не я работать у нее шофером, я должен кормить ее своими вафлями, а не лизать ей вагину.
— Ты уже у нее не работаешь и от ее вульвы ты далек, как луна от Земли, только ненависть заставляет тебя крутиться вокруг ее орбиты.
С наружи нашей парадной дернули за дверь, кто-то заходил в поезд. Слава Богу, это был незнакомый мне человек, не нужно было здороваться, останавливаться, ожидать так ненужных сейчас вопросов. Я сделала вид что выхожу, столкнувшись с ним на пороге, буркнула формальное «извините» и с великим облегчением проскользнула мимо него на улицу.
Как добежала до своего внедорожника, не помню, страх, что у меня могут забрать моего мальчика, буквально сковал мою волю.
Какое-то время я тупо сидела в машине, потом достала из дамской сумочки айфон нашла в записях нужный номер, позвонила:
— Павел Сергеевич, частный детектив?
— Да.— послышалось из телефона.
— Я Оля. Помните, вы мне оказывали некоторые частные услуги по розыску нужной мне информации?
— Конечно, ваш номер в памяти моего телефона, как симпатичная и деловая. Извините, но Оль в нашем городе много, а вот деловых, да еще и симпатичных среди моих знакомых женщин больше нет.
— Вы не только умный, но еще и галантный мужчина! Я вот к вам по какому поводу. Мне нужно узнать буквально все об одной девушке, особенно кто ее мать и если она жива, то где находится в данное время.
— Какие будут вводные, имя, фамилия?
— Зовут Ирина, практически это все что я о ней знаю, хотя сейчас и в этом я не совсем уверена. На вид, примерно двадцать лет.
— По таким данным, Оля, трудно найти информацию на человека, если вообще возможно.
Я задумалась, где еще можно узнать о моей соседке подробности не привлекая внимания её самой? Конечно же, тетя Клава, женщина жадная и боязливая, она бы не стала отставлять свою квартиру на целые сутки малознакомой съемщице комнаты, если бы не заручилась паспортом девушки или хотя бы его данными.
Я быстро рассказала Павлу Сергеевичу о тете Клаве и о паспорте, поведала об ее жадности к деньгам.
— Такому кавалеру как вы, да еще и под шелест купюр, она не откажет в откровениях о жившей с ней в одной квартире молодой девушке. Если понадобятся деньги, номер вашего счета не изменился?
— Нет.
— Я сейчас переведу вам аванс, 100 тысяч думаю, этого пока хватит. Только добудьте информации как можно быстрее, мое дело совсем не терпит отлагательств.
— Хорошо. Считайте, что я уже приступил.
Я перевела деньги на счет частного детектива и посмотрела время, было уже почти пять вечера. Полагая, что Николай уже покинул наш подъезд, я вернулась домой и открыла дверь своим ключом.
Сын сидел на стуле голым перед монитором и что-то увлеченно рассматривал не его экране. Были слышны характерные женские охи-ахи из динамиков. Он даже не слышал, как я вошла, подкравшись ближе увидела, что Арсений держит в руке свой стоявший член, но не дрочит, а просто боится, что он у него отвалится от тяжести собственного величия. Больше никого не было.
— Тебе нравится, когда девочки занимаются любовью без мужчины? — спросила я тихо чтобы не напугать мальчика, несмотря что между нами давно нет секретов, все равно он каждый раз пугался, когда я его заставала за рукоблудием. Для большей убедительности моего лояльного расположения к естественному в его возрасте почти постоянному возбуждению я положила ладонь на головку его члена, она была мокрая.
— Где соседка? — поцеловала его в щеку.
— Ей кто-то позвонил, давно, сразу после обеда, она быстро собралась и ушла, больше не приходила.
— Хочешь подрочить на них? — кивнула я на экран.
— Не знаю! Я возбудился. Просто у девушек очень красивые тела. Но ты мне нравишься больше, ты естественная.
— А парни тебя не возбуждают?
— Нет!
— Точно, нет? — настойчиво переспросила я.
— Понимаешь, мам, две девушки, одна или три, это все равно — девушки! Когда смотрю, я представляю среди них себя. А парни! Среди их голых тел, я представить себя не могу. Пытался. Никак, не могу!
Я облегченно вздохнула и поцеловала сына уже в губы.
— Хочешь меня в писю трахнуть?
— А можно?!
— Можно.
— Прямо сейчас?
— Сейчас. Только прими душ, от тебя соседкой пахнет!

Похожие публикации
После бурного похода на море, приняла ванну, понежилась в горячей воде. Она мне нужна была в первую очередь, чтобы успокоить истерзанную киску, привести в порядок мышцы влагалища, расслабить тело.
Черт! Черт! Черт! Двадцать пять минут?! Карандаш и помада? Нет. Позже! Сначала шкаф! Синее платье? Да, ну! Не в ресторан же идти. Юбка? Точно не эта, а… Стоп! Белье! Лифчик. Розовый, или белый? Может черный? Нет, лучше белый. Тогда какие трусики. Ну, не синие же?! А, вот эти? Тоже не подойдут.
- А девушка-то у тебя есть?— Ну. Как тут сказать.Он смотрит на меня растерянно из-под пушистых светлых бровей. Ему только-только исполнилось восемнадцать, он — растрёпанный физик-первокурсник с пробивающейся на щеках колючей щетиной. Он — Гришка, мой любимый младший брат.
***Никогда ещё знакомая, сотни раз исхоженная дорога, ведущая через парк к больничным воротам, не казалась Денису такой длинной. И такой ненавистной!Бесследно развеялась вся недавняя лирика. На ходу бросал сердитые взгляды на корявые деревья, на нестриженые кусты, на поломанные скамейки...
Комментарии
Добавить комментарий
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.