Джек

1

– Я без Джека никуда не полечу! – категорично заявила Лиз.

– Ты с ума сошла! – нервно закричал в ответ управляющий Антарктической станции США Питер.

– Через полчаса нас всех накроет такая буря, что вообще никто никуда не полетит!

– Летите без меня, – твердо продолжала настаивать Лиз.

– Ты с ума сошла, – управляющий был на пределе своих нервов. – Как без тебя? Ты одна здесь не справишься!

– Справлюсь, жратвы здесь на одного человека на год хватит. Ничего страшного не произойдет со мной, через четыре месяца заберете нас с Джеком, когда погода наладится. Да и за станцией присмотрю. Но без своей собаки я никуда не полечу. Джек один здесь точно не справится четыре месяца.

– Нужно кого – то с тобой оставить, хотя бы вдвоем…

– Не надо никого подставлять. Не надо никому оставаться. Мужчина – никак. У меня жених там на «большой земле». А женщину… Тоже подставлять не надо, все хотят домой.

– Но ведь…

– Все я побежала ко второй станции, к Джеку. Оттуда сразу позвоню. Все будет хорошо, буду регулярно выходить на связь, – закончила разговор Лиз, развернулась и побежала к дальнему зданию станции. – Я позвоню срааазуу, – на ходу, обернувшись, крикнула она. – Летите, а то буря.

– Меня ж посадят за такое. Дура… – пробормотал Питер, грязно выругался, зло отчаянно топнул ногой и начал по трапу подниматься в самолет.

Если они не взлетят прямо сейчас, то останутся все тридцать пять человек. Буря как минимум будет четыре месяца по прогнозам. Еды на всех не хватит, да и вахта их закончилась, у всех семьи. Но если с Лиз что – нибудь случится, тюрьма Кентукки ему будет очень рада.

Через пять минут они взлетели, еще через десять минут Лиз вышла по видеосвязи:

– Кэп, я на месте. Джек на месте. Все хорошо. Не волнуйся, – на ее лице была непонятная Питеру радость.

– Закрывайся там плотно. Буря ужасная идет. Минус пятьдесят по Цельсию будет. Постоянно держи связь.

– Да, сэр. Не волнуйся. Я справлюсь. Мы справимся, – с улыбкой ответила Лиз. В мониторе рядом с ее лицом появилась большая лохматая голова немецкой овчарки – питомца Лиз, которую та взяла с собой в экспедицию.

– Хорошо. Ладно.

– Вы сообщите руководству, что так и было задумано, что я должна была остаться, присмотреть за работой станции.

– Угу… – обиженно проворчал Питер, думая по ходу, как дорого ему обойдется, если с ней что – нибудь случится, если станция не выдержит, отключится отопление, если придется ее срочно эвакуировать непонятно как.

– Джек, голос! – скомандовала Лиз.

– Гав! – радостно пролаял Джек, наверное, тоже стараясь успокоить управляющего, что все с ним и Лиз будет хорошо.

– Умница, – похвалил хозяйка своего пса.

Питер отложился в сторону переговорное устройство и длинно грязно выругался.

2

Прошла неделя одиночества на станции.

За окнами бушевала нереальная буря, выходить за порог было смерти подобно.

Все системы станции работали исправно – тепло, электричество, горячая вода, запасов еды очень много.

Лиз «соорудила» себе скакалку и заставляла себя два раза в день прыгать на ней, чтобы совсем не захиреть, чтобы была хоть какая – то динамическая нагрузка, чтобы не облениться и не деградировать.

Она ловила себя на мысли, что ей нравится это вынужденное одиночество и особенно безделье – командировочные идут, делать ничего не нужно, интернет работает исправно, на связь с Большой землей выходит регулярно. Жених Эндрю? Ну, пусть потерпит. Терпел три месяца, пока она была здесь со всеми, потерпит еще четыре. Проверим чувства. Хотя то, что ее не очень уж и тянуло к нему, настораживало Лиз – правильный ли ее выбор Эндрю?..

Она заставляла себя поддерживать чистоту, убирала каждый день, мыла посуду, застилала кровать. Не все всегда получалось – хоть и принимала душ дважды в день, белье иногда могла надеть то же самое…

Джеку Лиз тоже уделяла внимание, занималась с ним занималась – принеси, сидеть, лежать, голос, дай лапу… Да и он был ее единственный собеседник. Большой, преданный, умный настоящий друг. Он ходил за ней по пятам, всегда был рядом, и это было хорошо, все – таки какая – никакая компания. Даже сложно представить, насколько тревожнее было бы оставаться здесь совсем – пресовсем одной.

С первого дня Лиз перестала стесняться Джека – переодевалась при нем, принимала ванную и душ при нем, не выгоняла его из спальни, когда ложилась спать. Он посматривал на нее стеснительными и преданными глазами.

– Вообще – то я со вчерашнего дня не меняла трусы. Джек. Ты меня осуждаешь? – обратилась она к своему псу. – Нужно все – таки держать себя в руках, нельзя опускаться. Со скакалкой прыгаю, и вообще, негигиенично это, – добавила она нравоучительно Джеку, хотя текст конечно же был адресован себе.

Она полностью обнажилась и начала рыться в шкафу, выбирая себе чистое белье.

– Какие тебе больше нравятся? Вот эти? Или эти? – она показала Джеку на свои чистые трусики, предлагая тому поучаствовать в выборе. – Ой, ну что ты делаешь, фу, не нюхай их, – добавила она, обнаружив, что Джек подошел к ее ношеным трусикам, брошенным ею на пол вместе со спортивными штанами, и тщательно вынюхивал их.

Джек поднял голову, по – собачьи «улыбнулся» и завилял хвостом.

– Я в них прыгала со скакалкой, в туалет ходила… Ну, не нюхай… Вот эти мужики, все одинаковые. Извращенец ты, Джек! – упрекнула Лиз свою овчарку, которая почувствовав некомандные и добрые нотки в голосе хозяйки, продолжила изучать запах ее ношеных, с пятнами от ее выделений, трусиков.

– Пойдем, лучше я ванну приму, – предложила Лиз, быстро подняла свои старые трусики и направилась в душевую комнату с огромной ванной посередине.

Джек побежал трусцой за ней. Приблизившись, на ходу, он сунул свой нос к ней между ног и лизнул ее там сзади. Его мягкий горячий и мокрый язык пробежался по ее половым губам и проскользил между ягодиц.

– Но! – дернувшись и отпрянув в сторону, грозно рявкнула Лиз на своего пса. – Нельзя! – грубо скомандовала она.

Джек послушно остановился и чуть попятился назад.

– Нельзя! – еще более грозно и для убедительности медленно повторила Лиз, помахав на пса пальцем.

Джек послушно стоял.

«Вынюхал, откуда запах. Надо аккуратнее с ним», – подумала Лиз и, убедившись, что Джек снова послушный пес, продолжила путь в ванную.

Она включила воду, размышляя принять ли душ, или залезть в ванну, решая, прогнать ли Джека, который пришел за ней и стоял на пороге. Она никогда не выгоняла его во время своих водных процедур. И он вел себя всегда хорошо.

«Может это он просто сегодня так, да и что тут такого, может он без дурных мыслей, просто лизнул хозяйку из преданности», – Лиз так и не решила, что сделать с псом. Она повернулась к корзине со своим грязным бельем, наклонилась и добавила туда сегодняшний предмет своего туалета, который так заинтересовал Джека:

– Да, насобиралось за неделю, – Лиз начла копалась в корзине. – Нужно стиральную машинку запускать.

Она снова почувствовала влажный язык Джека у себя писе – на этот раз он был более настойчивый и ловкий, и у Джека получилось гораздо сильнее и точнее, ибо Лиз, как оказалось, опрометчиво не только повернулась спиной к псу, но еще и нагнулась, предоставляя себя и свои интимные места во всей красе и в большей доступности.

Лиз резко выпрямилась и развернулась, уронив корзину на пол:

– Джек! Фу! Сидеть! – зло закричала она своей овчарке, чуть встревоженно от повторной выходки того.

Однако Джек не послушал хозяйку на этот раз.

Он резко подался вперед, встал на задние лапы и сильно толкнул Лиз передними. От толчка она попятилась назад, споткнулась о валявшуюся под ее ногами корзину и упала на спину выставив руки и ноги вперед, защищаясь и пытаясь оттолкнуть Джека, который взобрался на нее сверху и начал пытаться лизать ее лицо.

– Фу! Нельзя! Назад! Место, пошел вон… – Лиз тщетно боролась с сильным упорным псом, нависшим над ней, убирая лицо, стараясь того оттолкнуть руками, поджимая ноги.

Джек оказался сильнее, чем она думала, весь упругий от мышц, тяжелый – не сдвинуть.

Лиз начала потихоньку паниковать – она уставала от борьбы, а Джек, словно обезумев, ее не слушался и не собирался с нее слезать.

«Он хочет меня растерзать или… трахнуть? Судя по трусикам, по тому как он их вынюхивал, скорее второе. Но я не повернусь к нему. А так он мне ничего не сделает…»

Джек словно прочитал ее мысли – он по – волчьи оскалился, обнажив свои огромные клыки, и зарычал.

– Джек, ты что? – взмолилась Лиз, сменив приказной тон хозяйки на просящий пощады. – Это же я, Лиз. Пойдем я тебя накормлю. Вкусное…

Она не успела договорить, как Джек впился ей в плечо.

– А! – вскрикнула Лиз.

Нет, это не был укус, который пес использовал бы, если бы хотел загрызть. Это был предупреждающий укус. Так, как его учили, чтобы успокоить кто предоставляет угрозу хозяйке. Но не так, как по команде «фас»

Сейчас Джек дал эту команду себе сам. И он что – то хотел от Лиз.

Зубами он потянул Лиз за плечо. Но не вверх, а в сторону.

Лиз поняла, что Джек приказывает ей повернуться.

– Джек, миленький, нет, пожалуйста, не надо. Ай! – в ответ на ее мольбы он сильнее сжал зубы – теперь наверняка останутся следы от клыков на ее теле – и продолжил разворачивать Лиз.

Лиз повернулась на спину, прижав руки к лицу и вытянувшись по струнке.

Джек подал назад и попытался лизнуть ее между ягодиц, но Лиз плотно сжалась, не позволяя его языку попасть туда.

На это Джек зарычал сильнее и схватил Лиз сзади за шею.

Как же больно!

Не отрывая лица от пола, Лиз медленно подтянула под себя колени, оттопырив попу слезы отчаяния потекли по ее щекам.

Джек снова отодвинулся назад и принялся вылизывать ей вагину и анус.

– Джек, все, спасибо, пойдем кушать, я тебе… – Лиз медленно попыталась повернуться, думая, что пес полизал уже и хватит.

Но тот снова по – звериному зарычал. Лиз пришлось вернуть себя в исходное положение.

Кунилингус от Джека продолжался довольно долго, и Лиз начала надеяться, что этим все и ограничится.

Но пес опять прочитал ее мысли – он вскочил ей на спину и принялся довольно неумело тыкаться своим маленьким красным членчиком, который показался из мешка, в ее ноги и ягодицы. При этом он разбрызгивал свой то ли секрет, то ли сперму.

«Может пронесет, может он так и кончит все, что у него там есть, мимо…»

Джек попал во влагалище.

«Какой ужас!»

Джек быстро заработал бедрами, ритмично и крепко в такт притягивая Лиз к себе передними лапами, твердо обхватив ими за талию свою хозяйку, проталкивая свой член все дальше с каждым толчком, предварительно орошая себе путь вперед, несмотря на сухость влагалища – тут уж Лиз было не до возбуждения.

Членчик вырос внутри влагалища Лиз в огромный член, и она почувствовала, как он уже стучится ей в матку. Лиз не было больно, из – за обилия смазки от Джека там все было мокро, настоящее болото. Настолько болото, что стало слышно шумное неприличное чавканье от бурной работы члена в ее писе.

Джек наклонил голову ближе к лицу Лиз и попытался ее лизнуть. Лиз отвернулась. Но Джек перекинул свою голову в туже сторону, продолжая пытаться лизать лицо хозяйки. Лиз наклонилась и спрятала лицо в свои ладошки.

«Вот скотина, насилует и лезет целоваться… О черт… Что это?!.. »

Лиз оторвала лицо от рук и уже не обращала внимание, что была тут же «зацелована» длинным языком Джека – все ее внимание было сейчас сосредоточено на том, что она чувствовала. В ее влагалище начал раздуваться шар. Это был тот самый узел, благодаря которому случка собак продолжается очень долго.

Джек перестал работать бедрами и замер. Его огромный член был полностью в вагине Лиз. При этом она чувствовала огромный узел у себя внутри. Не снаружи, не наполовину – а целиком в ней. При этом дверца входа – выхода плотно закрыта – ее половые губы и дырочка, в общем – то не растянуты.

«Черт. Какой кошмар. Как последняя сучка…»

Джек снова полизал лицо свой ошарашенной хозяйки и развернулся.

– Ай! – закричала Лиз, скорее не от боли, а от страха, и почувствовала, что Джек больше не наваливается ей на спину. Она приподняла спину и повернула голову.

Они стояли попа к попе, в плотном замке узла в ее вагине.

«Хорошо, хоть не больно. Хотя, конечно, член просто огромный. А узел так вообще…»

Лиз чувствовала, как в ней мощно пульсирует член и узел Джека, как ее влагалище продолжает постепенно раздуваться внутри, будучи накачиваемой неимоверным количеством спермы овчарки.

«А ведь это надолго. Может и полчаса, и час. Здоровенный правильно откормленный пес. Какой кошмар. Хотя бы не лопнуть, хоть бы он меня не порвал. »

Джек повернул голову к Лиз, их глаза встретились. Он быстро дышал с открытым ртом, высунув язык и… улыбался. Лиз глубоко вздохнула, успокаиваясь, что в общем ей не больно. То есть даже вообще не больно. Ну, да, член огромный, узел в ней, и ее влагалище сейчас раздулось. Но боли – то нет.

Лиз протянула руку за спину и потрогала свои половые губы – на входе совсем не толстое основание члена. Правда, что там внутри… Она аккуратно коснулась пульсирующих мохнатых яичек Джека – да, уж, полные, похоже долго стоять.

Через полчаса неподвижности Лиз почувствовала, что затекают ноги, и особенно неприятно коленями на голом кафеле. Она потянулась за вывалившимся из корзины бельем и подложила его себе под ноги. Так удобнее коленям. Сколько еще нам стоять?

При манипуляциях и шевелениях с подкладками для колен, Лиз чувствовала, как узел во влагалище тоже шевелился и скользил. И снова она не нашла это неприятным. Даже скорее наоборот. В какой – то мере получился своеобразный фистинг, что всегда удивляло Лиз – как это может женщина получать удовольствие от кулака у себя в вагине? А вот на тебе. Ведь приятно…

«Нет – нет! Фу, гнать от себя нехорошие мысли. Фу, черт, латентная зоофилка. Хотя… уже как бы и не латентная. Но это не считается!»

Прошло еще полчаса. Лиз изо всех сил старалась оставаться без движений – она боялась, что ей будет … снова приятно.

Джек тоже стоял спокойно. Все также дышал, облизывался, крутил головой.

Прошел час с момента, как они встали, и Лиз показалось что узел стал меньше. Похоже, что он сдуваля. С шумным шипеньем она почувствовала, как из ее вагины тонким фонтаном начала прорываться сперма. Да, определенно узел спадал. Джек начал топтаться на месте, доставляя удовольствие Лиз, которого она так боялась, и подался вперед. Лиз попятилась назад вслед за собакой, чувствуя, что уменьшившийся узел пошел на выход, Она старалась, чтобы это все – таки было не резко и не больно. Умелый любовник Джек проявлял себя молодцом – он не рвался вперед, а медленно тянул, аккуратно доставая свой член.

Чпок! Член вышел из влагалища, и оттуда рекой полилась сперма на пол.

«Не больно. Не порвал…. » – были первые мысли Лиз, отцепившись от Джека.

От усталости она упала на живот, чувствуя, как ее немецкая овчарка тут же принялась тщательно вылизывать свою сперму с ее половых губ и входа во влагалище. Лиз чуть приподняла попу, чтобы ему было удобнее. А ей приятней – ну, что уж тут поделать, ведь ЭТО уже случилось.

«Сволочь. Изнасиловал. Скотина. И вылизывает. Зализывает свою вину. Гадина. Но черт побери. Приято – и это ужасно!»

Налакавшись из Лизы, без капли сомнения или вины, Джек улегся на пол рядом и принялся уже вылизывать свой член.

Лиз медленно поднялась и зашла в душ – вода так и лилась все это время. Она взяла зеркальце и начала рассматривать себя. Губы и клитор были напухшими – натрахались. Именно, не истерзанными, не замученными, а затраханными. Лиз глубоко вздохнула, продолжая себя рассматривать в зеркальце и щупать «там», откуда прерывистыми потоками, но бесконечно вытекала и вытекала сперма Джека.

«А еще сколько на полу этого дела разбрызгано, лужи. Да уж. Настоящий кобель для случки. А я тогда, получается… Какой ужас!»

Лиз не спеша вытерлась и медленно все также обнаженная побрела в спальню – собаки два раза подряд не могут.

Лиз нужно собраться с мыслями, и хорошо продумать, что делать дальше…

3

В голове у Лиз было несколько вариантов. Убить Джека. Благо, ружье с патронами она уже достала и держала рядом. Выгнать его на улицу, пусть там сдохнет на морозе. Но, что она скажет по скайпу Большой земле, куда подевался Джек? Да и, как ни странно, жалко его убивать. Она его вырастила с крохотного беспомощного щенка. Вырастила на свою голову…

Хотя может и не жалко. И его нужно убить! Как жить с ним рядом четыре месяца? А если загрызет. А если опять изнасилует?

Что делать – непонятно.

Ладно. Убить – всегда успеется. Наверное, успеется, если он не опередит – он ведь, скотина такая, буквально умеет читать мысли…

Лиз удалось разделить себя и Джека. Ружье помогало. Его не нужно было наставлять на Джека – он был очень умным псом, он знал, что это за палка, не раз видел, как люди прикладывают это устройство к своей щеке, потом с грохотом с его конца вылетает пламя, и птицы падают замертво. Джек снова был образцово послушным псом, как в старые добрые времена. Выполнял команды, приносил, что ни попроси.

Но Лиз не теряла бдительность.

Она выделила Джеку две комнаты, и он в них попеременно жил – сначала в одной, потом в другой, позволяя Лиз делать уборку в первой. Шальные безумные мысли периодически появлялись в голове Лиз – секс с Джеком был хорош.

«Но это неправильно! Нет! Это безумие!» – Лиз ругала себя и прогоняла такие мысли.

Неделю на связь Лиз выходила без Джека.

– А, где твой Джек? Что – то давно его не видно было, – спросил как – то по скайпу ее жених Эндрю.

– Да, здесь где – то бегает. Или спит.

– Позови.

– Да, лень идти за ним. Давай завтра, – Лиз изо всех сих старалась не подавать вида, что она напряглась по поводу вопросов о ее немце.

– Ну, ладно. Давай завтра…

Да. Нужно что – то придумать, чтобы предъявить Джека всем на Большой земле, и не показать, что у нее ружье.

p>И это ей удалось сделать. Во время следующей связи она держала заряженное оружие на коленях под столом и не вставала весь сеанс видеозвонка. «Уф. Пронесло. »

Стало получаться постоянно показывать Джека по видеосвязи всем. Подозрений с обратной стороны связи не было. Лиз даже позволяла себя при этом держать ружье просто рядом на соседних стульях, но конечно же так, чтобы его не было видно в скайпе.

Прошла еще неделя спокойной раздельной жизни Лиз и Джека. Она продолжала терзать себя мыслями, что же с ним все – таки делать. Везти домой? Но там же с ружьем не будешь все время ходить. Или он больше не будет к ней приставать – так себя стал прилично вести? Вопросов больше, чем ответов.

4

Этот сеанс связи был очень долгим. Джек мирно спал рядом в перговорке, то ли слушал разговор Лиз с землей, то ли был поглощен крепким сном.

Она разговаривала с Питреом. Тот долго и тщательно переспрашивал, как работает станция, какие показатели на каких датчиках.

– А, посмотри, что на противопожарном. Работает?

– А где он? – спросила Лиз.

– Ну ты даешь! Это очень важный датчик, за ним надо следить.

– Ну, пожар – то здесь как? – усмехнулась Лиз.

– Легко и просто! Сеть под напряжением, мало ли коротнет. Он у входа. Видишь?

– Да, вижу, – Лиз поднялась, подошла к небольшой железной коробке на стене и открыла ее. – Здесь зеленая лампочка горит. Два деления горят.

– Хорошо. Все в порядке. Ну, ладно. До связи.

Лиз вернулась на место:

– До связи, – и выключила скайп.

«Забыла закрыть крышку противопожарного датчика», – Лиз поднялась и подошла к двери, чтобы все установить на место.

Она обернулась, чтобы вернуться за ружьем.

Перед ней стоял Джек с жутким оскалом длинных клыков. Он же только что так сильно спал!

Лиз выскочила из комнаты и бросилась бежать со всех ног, ее сердце готово было выпрыгнуть из груди от страха.

«Куда? На кухню! Там, где много еды. Черт. нужно было повернуть в другу сторону. Значит в спальню. »

Закрыть за собой дверь спальни изнутри она не успела, Джек мощным ударом передних лап распахнул ее, от удара Лиз отлетела на кровать.

Джек медленно приближался.

Его шерсть стояла дыбом, и от этого немецкая овчарка становился еще более огромной, настоящий волк, он рычал глухим басом и оскаливался.

– Все – все! Джек! Я поняла! Сейчас все будет, – взмолилась Лиз, боясь укусов пса, ведь только – только прошли следы после их первого раза в ванной.

Лиз быстро стянула с себя спортивные штаны, трусы, носки, и даже зачем – то пуловер, оставшись полностью обнаженной. Лифчик здесь на станции в «одиночестве» она не носила.

Она развернулась, стала на четвереньки, раздвинула ноги и выпятила попу.

Джек тут же вскочил на кровать и принялся грамотно вылизывать вагину и анус Лиз.

Она почувствовала, что потекла.

«Черт!» – Лиз испугалась своей реакции и возбуждения от предвкушения секса. – «Он же опять насилует. А я, как конченая сучка, теку…»

– Ну, давай же, Джек, – скомандовала Лиз, стесняясь свей течки, и хлопнула себя по ягодице.

Приглашение было принято, Джек навалился на спину, его член начал искать вход и …

– О! Нет! – вскрикнула Лиз и отпрянула.

Обрызгивая все вокруг свои секретом, Джек умудрился попасть в попу Лиз. Но она не пустила его туда.

Лиз села и посмотрела на Джека, тот отодвинулся, удивленно и подозрительно глядя на нее. Не дожидаясь его нового рыка, она опять заняла позицию и снова похлопала себя по ягодице, протянув другую руку под собой:

– Ну, давай, Джек.

Джек запрыгнул на свою прекрасную хозяйку, она поймала его член рукой и отправила себе в писю.

Джек быстро заработал бедрами…

В душе Лиз протестовала.

Джек ее насилует.

Опять!

И это очень неправильно – секс с собакой. Она ругала себя за то, что потекла на этот раз перед самой случкой.

«Может это просто защитная реакция организма? Нельзя, чтобы мне это нравилось. Мне нужно замуж, там Эндрю, а я здесь таким занимаюсь …»

Лиз попыталась пальцами не пустить в себя узел, чтобы тот остался снаружи, тогда все пройдет быстрее. Но не смогла. Слишком сильный напор у Джека. И так он умело обхватывает за талию передними лапами и прижимает к себе, так умело мощно двигает тазом.

Лиз окончательно сдалась. Она положила голову на постель, опираясь на локти, и расслабилась.

С большой скоростью потрахав минуты три, Джек остановился, узел огромен, он в Лиз, продолжает расти.

«Как же это плохо, что мне так хорошо…» – Лиз сгорала от стыда. – «Но я же не сама дала. Он меня просто взял», – пыталась он оправдываться перед своей совестью.

Джек опустил голову к Лиз и, как в первый раз, принялся лизать лицо своей хозяйке, а точнее своей сучке. Сопротивляться не было сил. Язык Джека был длинный мокрый и горячий. Лиз увидела себя и Джека в отражении в огромном зеркале на стене. Как это ужасно! Огромная красивая овчарка – монстр любит ее. Любит в смысле трахает. А ведь они красиво смотрятся…

Не отрывая взгляда от зеркала, Лиз высунула свой язык навстречу языку Джека. Потом начала посасывать его губами. Они целовались, стоя в замке, он у нее на спине. Его длинная шерсть приятно щекотала ее спину и попу.

Лиз почувствовала приятность в низу живота. Эта приятность постепенно нарастала, приближалась к ее вагине и …

– Ах! Ох! Умм, – сильный оргазм накрыл Лиз, ее влагалище начало ритмично сжиматься в экстазе. – Вот черт!

Джек удивленно приподнял голову и начал перебрасывать заднюю ногу через спину Лиз.

– Стой! – скомандовала Лиз.

Джек подчинился и замер.

– Медленно!

Ее предусмотрительный любовник осторожно развернулся, стараясь не причинять неудобства или боль свой любовнице.

Ну, вот они и в замке попа к попе. А ведь чертовски красиво.

«Ты, Джек, конечно, красивый пес. И … И сучка у тебя красивая. Вот как выгнула спинку, попа как сексуально вверх. Красивая большая грудь у нее…»

Лиз посмотрела на часы – час стоять.

Она начала изучать, как это у них происходит, как это они так застревают. Его полные яички и анус ритмично сжимались, отдаваясь пульсацией внутри Лиз. Ее вход сейчас совсем узкий, не напрягался, из него торчало не толстое красное (как можно было рассмотреть в зеркале) основание члена Джека. А вот что там дальше внутри ее вагины!.. И это большое упиралось в шейку матки. И, как мощный исправный насос, постоянно накачивало спермой ее влагалище. И это… чертовски приятно…

«Ладно, раз уж так все пошло прямо сейчас, пусть мои совесть и правила приличия пока поспят, потом разберусь, что делать дальше со всей это ситуацией. А вот этот мой оргазм, нужно это дело изучить получше…» – Лиз начала ласкать свою грудь, и приятность внизу живота не заставила себя ждать.

То сжимая, то поглаживая свои соски, она ускорила приход оргазма. Долгая волна судороги побежала по всему ее телу, Джек завилял хвостом, щекоча и добавляя чувствительность ее попе и спине. Насколько позволял замок и прилипший к ее попе Джек, Лиз извивалась в оргазме, выгибая – прогибая спину, трясь ягодицами о шерсть своего любовника.

Лишь через пять минут ее отпустило.

Хорошо.

Очень хорошо.

А если теперь попробовать поласкать клитор…

За час Лиз получила четыре оргазма. Для нее это было много. Рекорд за такой промежуток времени.

Наконец, послышалось шипение из ее влагалища, и первые осторожные капли заскользили по набухшим половым губам вниз и закапали на белую простыню. Да, час прошел, узел начал спадать. Она снова просунула под себя руку, взяла на пальцы капли и поднесла к губам. Жидкость была прозрачной, слегка сладковатой на вкус. Не такая, как у людей. Развратно приятная. Хорошо, что постель мягкая и «стоять» было комфортно. Да, все было комфортно. Если бы только он не рычал и не насиловал. Сволочь…

Она потрогала яички Джека – теперь они были совсем мягкие и маленькие. Случайно она коснулась своего ануса и с удивлением обнаружила, что он раскрыт – это она так расслабилась и обмякла за час секса, стояния в замке. Она погрузила себе в попу палец, и поняла, что такое двойное проникновение очень в кайф. Пожалуй, так можно кончить еще. Но нет, хватит, это будет слишком.

Шипение из ее писи усилилось, и уже потекла струйка. Джек медленно начал подаваться вперед.

– Осторожно! Медленно! – скомандовала Лиз, подаваясь попой назад вслед за Джеком, стараясь амортизировать выход все еще крупного узла.

Узел и правда, начал выходить медленно, она протянула к нему руку, исследуя как раздвигаются вход во влагалище и губки.

Хлоп! Джек отпустил Лиз.

– Фух, – выдохнула она.

Она легла на спину и широко развела ноги, предоставляя своему любовнику возможность выпить, что он там наспускал.

Лиз была попой на краю, и Джеку для удобства, чтобы оставаться тоже на кровати, пришлось стоять над своей хозяйкой задом наперед.

Над лицом Лиз навис большой член Джека, он подрагивал, и с его кончика капали остатки спермы на глаза, губы и нос Лиз. Она подложила под голову подушку для удобства – сегодня ее совеcть, приличие и чувство достоинства далеко не здесь…

Шестьдесят девять с Джеком оказалось великолепным. Лиз наглоталась спермы – оказалось ее оставалось в закромах Джека еще с полстакана – наупражнялась с горловым минетом, умудрившись даже в конце заглотить окончательно сдувшийся узел, и сильно кончила еще раз от такого разврата.

Силы покинули ее, навалился сон, и она заснула рядом с Джеком, надеясь, что успеет проснуться через часик, до того, как Джек будет готов делать новый заход.

Через пять часов, она резко вскочила в ужасе и испуге. Проспала. От эйфории шикарного секса с собакой не осталось и следа – были ужас, терзания совести и страх, что Джек уже мог накопить энергию и семя, чтобы ее снова изнасиловать. Джек, который спал с ней рядом на кровати все это время, проснулся тоже и сел.

– Джек место! – стараясь быть убедительной, сказала Лиз твердо и указала рукой, куда тому уйти.

Джек послушно слез с кровати и сел, там, где ему приказали.

Лиз было страшно.

«Нужно одеться и сходить за ружьем. Но одеваться он может не позволить, это долго, он все поймет и запротестует. А как он умеет протестовать, я уже хорошо знаю. Идти за ружьем голой? Побежит за мной, начнет нюхать и …»

– Сидеть! Ждать! – приказала Лиз, медленно поднялась с кровати и осторожно двинулась к двери.

– Ммм, – заскулил Джек и повернул голову набок.

– Сидеть! Я здесь, – Лиз было страшно, что если она побежит, то проиграет этот забег Джеку.

Она подошла к столу со стулом.

– Я здесь… – умиротворительно произнесла Лиз, взяла стул и осторожно начала продвигаться ко выходу из спальни.

– Р, – очень тихо произнес Джек, то ли зло предупреждая, то ли просто сейчас так общался.

– Я с тобой. Это просто стул. Чтобы сидеть, – Лиз поставила стул на пол и оперлась на него.

Она протянула руку к своим штанам и трусикам, лежавшим на кровати, и бросила их в дальний от выхода угол:

– Сторожить! – приказала Лиз.

– Ммм, – удивился Джек, но послушно пошел к ее белью и начал нюхать.

– Сторожить!

Джек сел возле трусиков и, раскрыв пасть, удивленно продолжил следить за хозяйкой.

Лиз быстро схватила стул и рванула к двери.

– Рррргав, – Джек бросился за ней.

Лиз успела выскочить из спальни, закрыть дверь и подпереть ручку стулом. Скорее всего, он все равно откроет, но она успеет добежать до оружия.

В переговорке она тут вскинула ружье «на прицел» и направила ствол на дверь. Через мгновение Джек влетел в комнату и, заскользив когтями по паркету, резко тормознул. Он сел и покорно стал ждать. Когда его убьют. Он смотрел ей прямо в глаза. В них не было ни испуга. Была преданность и … Непонятно, что он думал, но точно не боялся. Как будто хотел сказать «чему быть, тому не миновать. От судьбы не уйдешь. »

– Пошел! Вперед!

Под прицелом ружья Лиз загнала своего волка в одну из его комнат и закрыла дверь на ключ.

5

У Лиз так и не хватило решительности, чтобы пристрелить Джека. Целый месяц она переводила его под дулом из одной комнаты в другую, кормила, поила, убирала за ним. И снова запирала.

Редко, но регулярно, глубокой ночью, в кромешной темноте, ее посещали навязчивые воспоминания, насколько был хорош секс с Джеком. Приходилось прилагать усилия над собой, чтобы не пойти к нему, не позвать его, чтобы снова отдаться.

«Ах, если бы не насиловал. Неужели нельзя договориться? Неужели нельзя по взаимному согласия и желанию? Нет, нужно рычать, кусаться и насиловать. Интересно, какой бы получился анальный секс с ним. Замок в попу и развернуться… Он тогда почти попал. То есть даже попал, но я просто испугалась. Может и зря…. Черт! Ну, что за мысли!»

Лиз вставала с кровати, уходила принять ванну, чтобы там, в теплой воде снять напряжение и отогнать ночные приступы безумства.

Днем ее мысли были чистыми и правильными, она с ужасом вспоминала, что ей приходило на ум под покровом ночи. Она начинала сомневаться, не сходит ли она с ума от одиночества и отсутствия секса, и приятных навязчивых воспоминаний стояний в замке. И все чаще она приходила к заключению, что со всем пора покончить раз и навсегда, пока она бесповоротно не превратилась в зоофилку. Необходимо пристрелить обезумевшую – ведь именно так и есть – собаку.

6

Погодный апокалипсис слегка утих, по крайней мере бурана уже не было, даже периодически выглядывало солнышко, всего лишь минус двадцать пять.

Лиз в шубе и большой меховой шапке вышла покурить, как это она позволяла себе иногда делать, когда не было ветра. Нужно было проветрить мозги, окончательно настроиться, чтобы совершить убийство. Жалко и тоскливо. Но надо.

Докурив, она подошла к двери и нажала дверную ручку. Дверь не открылась, а ручка осталась у нее в руках.

«Не может быть! Сейчас я открою!»

Она осталась снаружи станции, в которую закрыты все входы.

Лиз скреблась и пыталась открыть, но все было тщетно. Пробежав вокруг здания, она нашла какую – то палку, и попыталась использовать ее как лом. Но ничего не получилось. Дверь была закрыта, язычок замка не пускал в убежище последнего живого человека на тысячу километров.

Издевательски тучи разошлись и выглянуло солнце. Но даже в шубе на улице одной месяц не продержаться. Первая станция вообще закрыта на замки, там не пищи, до нее не близко.

Лиз начала паниковать.

Она обежала станцию вокруг еще раз – на всех окнах железные решетки.

– Аа! – в истерике закричала Лиз и села в сугроб.

«Что же делать? Я подумывала выгнать на мороз Джека, а оказалась сама… Что делать?»

Она вскочила и подбежала к окну комнаты, в которой был Джек.

– Джек, Джек! – громко позвала она свою овчарку с улицы через стекло.

Джек подбежал к окну, встал на задние лапы и удивленно уставился на хозяйку.

– Джек, спаси меня! Я не могу открыть дверь.

В ответ Джек зашелся долгим лаем. В его голосе Лиз слышала обиду, горечь, ругательства и упреки.

– Да, да, Джек, ты прав, но что мне делать?

Джек продолжал ругаться.

Лиз сбегала за остатками палки, которую она обломала о дверь, и разбила ей стекло окна в комнату Джека.

– Джек, ищи, принеси мне инструменты. Там где – то они должны быть.

Джек принялся бегать по комнате, хватать все подряд зубами и показывать это своей несчастной хозяйке.

Но все было не то. Инструментов здесь не было. Настольная лампа, коврик, книги, даже подушка – Джек все это хватал зубами, показывал хозяйке, но это все было не то.

– Нет, Джек, ищи! Палку. Лом! Инструменты.

Джек в зубах принес табуретку. Царапая о стекло руки, Лиз схватила за одну ножку и начала ее ломать, сгибая и разгибая в разные стороны. Одна алюминиевая палочка есть.

Джек притянул торшер. На металлической стойке.

Лиз было не удобно с торшером – и основание, шапка были широкие, никак их не отломать самой.

– Джек, фас, рви!

Лиз придержала рукой торшер, а Джек быстро в клочья разорвал абажур. Лиз высунула освободившийся конце стойки на улицу, и под подбодряющий лай Джека, оторвала его от основания.

Теперь у нее есть на подобие двух ломиков, ну хоть что – то.

Дверь была заперта на замок, поэтому нужно было очень сильно, как в воровских фильмах, ее отжать и толкнуть снаружи.

Подкладывая кусочки льда в постепенно расширяющуюся щель, Лиз удалось прилично расширить расстояние между дверью и дверной коробкой.

– Джек! Токай! – скомандовала она.

Бум. Бум. Умнейший пес все понимал – он разгонялся и набрасывался на дверь изнутри, стараясь ее выбить. Снаружи своими самодельными ломиками, разодрав пальцы и кисти рук в кровь, Лиз как могла, пыталась помочь своему немцу. Должно же получиться! Нужно еще.

Джек перестал стучать.

– Джек? – тревожно спросила Лиз.

Со стороны окна Лиз услышала призывный лай овчарки.

– Джек? Что? – Лиз подбежала к окну и обомлела.

Джек стоял на задних лапах, яростно вилял хвостом, и восторженными глазами смотрел через железную решетку на Лиз.

В его зубах были ключи от двери.

Через пять секунд Лиз ворвалась в дом и упала в объятья Джека:

– Джекуля. Мой хороший, мой родной. Мой спаситель.

Успокоившись и окончательно придя в себя, Лиз с Джеком отправилась в спальню, она разделась и упала на кровать. Джек был послушной паинькой, наверняка, радующийся, что его хозяйка, да и он сам, спасены.

– Иди ко мне, – пригласила Лиз Джека к себе в постель.

Они долго лизали друг друга.

Потом Лиз встала на четвереньки и похлопала себя по ягодице.

Джек запрыгнул ей на спину, она протянула под себя руку, поймала его член и отправила его в свой анус…

Похожие публикации
Одной рукой продолжая играть с маминой киской, Майк другой рукой накрыл возбуждённо торчащий левый сосок Сьюзи, а к правому, не менее возбуждённому приник губами. Сьюзи застонала от нахлынувшего...
Инна твердо решила – нынче летом она изменит свою судьбу, изменит, чего бы ей это не стоило. Хватит, сколько можно терпеть неудачи! Сколько можно ронять горячие слезы на подушку ночью и с завистью...
Приспичило, дело молодое! Собственно, такое случалось практически каждый день. Мы с Дианкой были женаты уже три месяца, а мы все не могли насытиться друг другом. И попеременно, то я, то моя молодая...
Ты сейчас читаешь мою очередную фантазию... Интересно было бы мне тебя нежно связать – не для того, чтобы преодолеть твое сопротивление, но для того, чтобы усилить оргазм... . и поучить взамен этого...
Комментарии
Добавить комментарий
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.