Вечерние прогулки. (продолжение)

Новые приключения требовали смены гардероба. Это пожалуй было самым трудным занятием. В магазин я со своей подростковой стеснительностью пойти я не мог, оставалось или находить или воровать. Однажды в нашем доме умерла одна бабуля, приехали дальние родственники, похоронили ее, кое что из вещей забрали, а остальное так и оставили в квартире. В то время как раз вышел закон, запрещавший заселение подвальных квартир и помещение несколько месяцев пуставало. Однажды через форточку, которая была на уровне земли, мы с приятелем залезли внутрь подвальной квартиры и решили удовлетворить свое любопытство. Была осень и в помещении было холодно и сыро. Кроме старой мебели и посуды в квартирке было много старушечьей одежды: кофты, пальто, платья 100 летней давности, несколько чулочных ливчиков и собственно сами чулки. Старые люди, как правило мерзнут, а потому большинство вещей было очень теплыми. Сами чулки были нескольких расцветок, от черных до светло-серых. Мой пульс учащенно забился, но себя я старался ничем не выдать. Пошарив по полкам и шкавчикам мы не нашли ничего, что могло бы заинтересовать нормальных пацанов. На этом осмотр закончился и мы вылезли наружу, так ничем и не поживившись. Через некоторое время мы разошлись, я обдумал план действий. Дом наш был с печным отоплением и для дров требовались довольно вместительные сараи, с лета забитые под завязку топливом. Через какое то время дрова уходили и образовывались пустоты.Когда стемнело, я вооружившись фонариком и вместительной сумкой полез в форточку. Заполнив сумку тем, что «нормальным пацанам» не требовалось, я перенес свои «сокровища» в сарай. Детальный осмотр состоялся через несколько в дней в квартире вечером, когда я был предоставлен сам себе. Из всего увиденного больше всего меня поразил очень элластичный широкий пояс с четырмя зажимами для чулок, а также светло-серые толстые полушерстяные чулки. Даже сапожки у меня теперь были, большего размера, чем у матери. Я настолько завелся, что быстро переоделся перед зеркалом и с большим трудом надел сапожки. Осторожно проверил нет ли кого на лестничной площадке и тихонько выскользнул в сад. Светлые чулочки сильно выделялись даже в темноте, а пояс с зажимами бесподобно обтягивал нижние части. В тот вечер я не пошел бродить по окресностя
м и кончил прямо на жухлую листву.Cледущая прогулка началась опять на другом конце города. Для начала я приглядел заброшенный объект, прошел на второй этаж, откуда было далеко видно окрестности, стал переодеваться. Для начала снял куртку, свитор, рубашку, майку и брюки и остался в черных чулках с поясом и голым торсом. Было довольно холодно около+4, немного глотнул спиртного. Сперва одел бюсгалтер со вставками, за тем все остальное. Под конец надел сапожки, на голову вязаную шапочку. Брюки естественно запер на велосипедный замок. Поскольку я был без юбки и трусов, член получал от возбуждения слишком большую свободу и упирался прямо в куртку. Это я также предусмотрел и прикрепил верхнюю часть залупы с помощью скотча и простой резинки к чулочному поясу. На этот раз я предусмотрел еще одну «рационализацию». В правом кармане куртки в подкладке была дыра, и держа руку в кармане, одновременно можно было держаться за член. Все лишнее покидал в сумку и двинулся в обратный путь. Стало темнеть. На конечной остановке трамвая сел и поехал, прикрывшись сумкой, даже эстримальность пропала, стало просто неинтересно. Подумав, я вышел в центре города и побрел теперь по людным улицам. Необычность происходящего и то, что почти никто не обращает на меня внимание, а значить я вроде в норме, сильно возбудили, но хотелось большего. Через некоторое время я зашел в туалет и сменил черные чулки на светло-серые, очертания моих ножек резко выделились, долго стоял в кабинке не решаясь выйти, наконец порядком хлебнув спиртного, вышел.Иду, как в тумане, кажеться обращают внимание появилось чуство, что ты шлюшка — дух захватывает. Член пытаеться занять строго горизонтальное положение-резиночка едва справляеться, оттягивая его кверху. У автобусного повильона в толпе прислоняюсь к стенке, сил нет, кладу руку в карман и слегка подрачиваю агрегат. От оргазма крыша едет, чуствую, что весь теку и причем на людях, а они возможно и не догадываються. После извержения мысли стали трезвей, и прикид обрименительным, в блядских чулках стало сильно неуютно, да и напряг на психику, и вообще захотелось естественной одежды, но увы! Забежал снова в кабинку и сменил чулки снова на черные, как то спокойней для вечернего времени и продолжил остальной путь уже пешком до дома.

Похожие публикации
Мне нравится терпеливость моего Ванюши. И меня дико заводит дразнить его до предела. В субботу мы снова оставались дома вдвоём. Я ходила при нем на цыпочках и в маленьких красных трусиках. Замечала, как он ловит каждое мое движение. Каждый прогиб моей грациозной спинки.
Лежу на спине в постели родителей, не могу отдышаться. Взбитые сливки моего любимого папочки греют натружено-расслабившуюся жадинку и распирают её своим количеством. Наконец-то она наелась.
Мы добрались до нашего убежища. Я скинул свою ношу, оставил на твое попечение и рванул обратно найти что – нибудь дезинфицирующее. Нашел 3 неполные бутылки виски и бутылку водки. Взял все это с собой и прибежал обратно. При свете фонаря осматриваем повреждения.
Часть 4Сима взглянув на часы, сняла фартук и пошла к себе стелить постель. Музыка за окнами, доносящаяся от клуба уже стихла. По улице проходили загулявшие парочки, в соседних домах гасли окна, посёлок погружался в сон. Наружная дверь не громко стукнула, лязгнул крючок и в прихожку вошёл Пашка.
Комментарии
Добавить комментарий
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.