Безоговорочная победа

Краткое содержание: Вот и очередная традиционная командная игра на свежем воздухе. На этот раз вместе с героиней «Безумной недели» играет и её дочь. Их команда просто обязана победить, ведь в ней две такие звезды!
Третья, заключительная часть трилогии о приключениях матери и дочери.
* * *
Глава 1
Поставив ногу на спину лежащей на земле женщины, Дестини ликующе взвизгнула и победно стукнула себя в грудь. Другие две женщины между тем лежащую раздевали и связывали.
– Тише, Дес, – упрекнула Гармони. – Хочешь, чтобы нас услышали и поймали?
– Прости, мам. – Дестини отступила от пленницы. – Забылась.
– Ничего, котёнок. На Играх немудрено потерять голову.
Дестини окончила Уордхемский колледж десятью месяцами ранее. Во время учёбы она ежегодно участвовала в Греческих играх. Сегодня она дебютировала в Играх выпускниц, варианте Греческих игр для окончивших колледж. Последний месяц она только и думала, как оно будет.
Гармони, тоже выпускница Уордхема, после выпуска не пропустила ни одной игры. Как сладко они будоражили нервы, эти игры! Она предпочитала побеждать, но игры так заводили, что даже проигрыш её команды удовольствия не портил.
Уордхемский женский колледж был основан в 1911 году и с самого начала взял прицел на «воспитание завтрашних руководителей». И вправду, одна выпускница стала сенатором, несколько других получили место в конгрессе, три служили послами, а сколькие трудились директорами, мэрами и президентами некоммерческих организаций, – не сосчитать. Ещё одна выпускница даже возглавила государство в Латинской Америке. Словом, колледж решал поставленные перед ним задачи.
К 1920 году в нём зародились женские сообщества, из которых сложилось его социальное ядро. Руководство, решив поставить новую социальную структуру себе на службу, в 1922 году учредило Греческие игры. Поскольку сообщества считались «греческими» организациями, они приняли игры на ура.
Первые игры были устроены по мотивам древнегреческих Олимпийских. Участницы состязались в беге и борьбе, в плавании и умении стрелять из лука и в других подобных дисциплинах.
С годами игры эволюционировали. Во-первых, администрация осознала, что задачам колледжа они не способствуют. Да, они весёлые, требуют серьёзной спортивной подготовки, – но к чему это будущим руководителям? Во-вторых, посещаемость снижалась: кому охота убивать целый день, соревнуясь за бесполезный приз? Ну да, это забавно, – но и только. К 1925 году несколько сообществ забросили игры вовсе, а из остальных сообществ участниц набиралось от силы двадцать процентов.
В 1925 году правила Греческих игр изменили: теперь сообщества играли одно против другого. В игры оказались вовлечены руководители сообществ, что было на руку глядящей в будущее администрации. Участниц тоже стало больше.
В олимпийском духе игры проходили двадцать лет. Администрация колледжа со временем отстранилась от организации и проведения состязаний: «Греческий совет», куда входили президенты сообществ, и без того отлично справлялся.
В 1947 году Греческий совет решил сделать из игр состязание по захвату флага, где два сообщества сражаются друг против друга, как две армии. Примерно в таком формате игры проходили и по сей день.
Правила встреч исподволь менялись. Кое-какие изменения пришлись администрации не по нутру, и она пыталась вмешаться, после чего игры перенесли за пределы кампуса, где можно было играть без помех. В 1968 году постоянным местом проведения игр стал Болдсуорт-парк в центральной Вирджинии.
Нововведения делали игры более увлекательными. Вместо того, чтобы просто «запятнать» – удержи противницу тридцать секунд. Потом добавили связывание. Связанная должна была повиноваться. Флаги уступили место паролям: первые захватывали слишком быстро, а попробуй-ка выпытать пароль, – и игры стали длиться дольше.
Когда, после введения паролей, несколько матчей к заходу солнца окончились ничьей, игры продлили и на воскресенье, до темноты. Поскольку отдельные ленивицы, чтобы не бегать весь день, сдавались в плен пораньше, ввели новое правило: к концу игры все пленницы становятся рабынями победившей команды до истечения отведённых тридцати шести часов. Появился стимул активно избегать поимки и захватывать противниц. Ввели новую игровую форму, правила проведения допроса. Игры оказались благодатной почвой для взращивания будущих руководителей.
Колледж не раз пытался вмешаться, но Греческий совет неизменно давал отпор. Игры уже не были официально санкционированным мероприятием, и сообщества не собирались пускать чужих в свой огород.
Сообщества соревновались весной, на протяжении пяти недель. Все остальные выходные оставались выпускницам, которые круглый год приезжали и играли в память о старых добрых временах. Прибыв, девушки и женщины в возрасте от двадцати до шестидесяти двух узнавали о нововведениях и участвовали в Играх выпускниц по новым правилам, какими бы они ни были. Это уже стало традицией, и выпускницы Уордхема её ценили и уважали.
Игры выпускниц напоминали Греческие игры, в которых сообщества состязались друг с другом. Изначально выпускницы разбивались на команды по сообществам, но скоро перестали, потому что популярные сообщества получали огромный перевес. С годами появлялись самые разные вариации игр. Создали и систему лотерей, чтобы не случалось недобора участниц на матчи, проводимые в течение всего года.
Гармони воспользовалась своими связями, чтобы им с Дестини выпали те же выходные и одна команда. Игры выпускниц проводились круглый год и пользовались огромной популярностью. Обыкновенно залучить конкретного человека себе в команду было непросто. Но организаторы глубоко уважали Гармони и прониклись её желанием сыграть вместе с дочерью в её дебютную игру.
– Лиз, Кэнди, отведите пленницу в лагерь и давайте сразу обратно. А мы двигаемся дальше.
Гармони командовала патрулём. Обычно командных должностей она избегала, предпочитая играть разведчицей. Но так уж потребовали организаторы: раз Гармони и Дестини в одной команде, пусть разведчица – только одна из них. Иначе, опасались организаторы, игра не продлится и часа и вместо потехи выйдет пшик.
И Дестини, и Гармони получили в Уордхеме прозвища. Гармони прозвали Поработительницей за её успехи в разведке. Она как никто умела выслеживать и захватывать противниц, и её рекорд по количеству поимок пока не побили. Дестини, тоже за успехи в разведке, прозвали Волшебницей. Очень, очень быстрая и до самой последней секунды словно невидимая, она появлялась ниоткуда и заставала противника врасплох. И хотя не захватила столько пленниц, сколько мать, всё равно стала знаменитой.
– Выдвигаемся, – сказала Гармони. – Ещё не все «чёрные» пойманы.
Она игриво шлёпнула дочь по заду, и Дестини от неожиданности ойкнула.
Форму они носили ту же, что и сообщества на Греческих играх. Пока с момента выпуска не прошло десять лет – форму младшекурсниц, потом – старшекурсниц.
На Гармони было подобие тоги белого цвета и кроссовки. Тогу составляли короткая юбка и широкая лента через плечо, пришитая к юбке спереди и сзади. Лента прикрывала одну из грудей, другая оставалась открытой. Форма младшекурсниц на Дестини ограничивалась юбкой и кроссовками. Выше пояса она была обнажена. «Вражеская» команда носила такую же форму, но чёрную. А нижнее бельё на Игры не надевал никто и никогда.
Мать Дестини выглядела потрясающе. Сорок четыре года – а тело как у восемнадцатилетней. Секрет – участие в Играх выпускниц, призналась как-то Гармони дочери. Чтобы не подкачать, приходилось упражняться круглый год. Игры давали стимул делать ежедневную утреннюю зарядку и не отлынивать от тренировок.
Как бы то ни было, результат впечатлял. Тонкая талия и плоский живот возраста не выдавали. Зад был твёрдым, упругим, длинные стройные ноги – мускулистыми, в тонусе. А груди гордо торчали вопреки силе тяжести, которая сказывалась на многих выпускницах. Дестини надеялась, что в возрасте матери будет в такой же хорошей форме.
Она не впервые видела мать голой или полуголой. Свободную духом Гармони воспитали «дети цветов», хиппи, а потому в семье Коллинз запретов было очень мало. Дестини нередко видела голую мать, укладывающую постиранное, и отца, нагишом рассекающего в бассейне. И выросла, пожалуй, консервативнее родителей.
– Чего ждём, Дес? – поинтересовалась Гармони.
Дестини вспыхнула. Замечталась, когда надо бежать на разведку.
– Прости. Уже бегу.
Теперь уже Гармони залюбовалась дочерью. Ох и красавица! Сила и атлетичность скрадывались плавными женственными изгибами. Когда Дестини бросилась бежать, хвост светлых волос взвился почти горизонтально. Куцая юбчонка при каждом прыжке взлетала, открывая изящный подтянутый зад.
– Разведка выслана, – объявила Гармони. – Выдвигаемся.
– Всё не верится, что я в команде Поработительницы и Волшебницы, – сказала Зара. Ей, матери двух детей, было тридцать, но закончила колледж она менее десяти лет назад и потому носила форму младших курсов. – А ещё труднее поверить, что две знаменитости – мать и дочь.
– Уж поверь, – ответила Гармони. – Вот только победу на тарелочке никто не преподнесёт. Это командный вид спорта.
– Всё равно приятно знать, что вы на нашей стороне, – сказала Зара.
Группа потянулась туда, где исчезла Дестини.
Прошли они всего несколько сотен метров. Разведчица, улыбаясь до ушей, сидела на спине связанной голышки. Рядом кучкой лежала чёрная форма. Дестини опять стукнула себя в грудь, но теперь молча приложила указательный палец к губам: помню-помню. И разулыбалась снова.
– Но как? – изумилась Фиона.
В одиночку – и захватить пленницу? При том, что та крупнее и на вид не старше двадцати пяти?
– Этому фокусу меня научила мама после моей первой игры, – сказала Дестини. – Делаешь подножку, держа в руке верёвку, и побыстрее связываешь ноги, пока не очухалась. Остальное просто.
– Она любит порисоваться, – сказала Гармони. – Ну что же, придётся ждать здесь, пока нас не нагонят остальные наши. Она стольких поймала, что в конвоях уже больше половины патруля.
– Тогда я искупнусь, – заявила Дестини. – От меня воняет.
Встав, она нога об ногу скинула кроссовки, уронила юбку на землю и беззаботно зашагала к журчащему поблизости ручью.
Фиона села рядом с Гармони и посмотрела на качающийся зад идущей к воде девушки.
– Ты, должно быть, гордишься ею. Она красавица и на Играх среди первых.
Гармони улыбнулась.
– Да. Надеюсь, она не слишком зазнается. Зазнаек ловят очень быстро.
– Думаю, она не подведёт. Откуда у неё такая уверенность в себе?
– Ей всё всегда удаётся. Как тут не поверить в себя? Но почему-то она не верила – до первой своей игры. Зато теперь.
– Хотела бы я стать такой же, как она.
Гармони рассмеялась.
– Почему вы записались на эту игру? – спросила Фиона. – Ведь есть другие, побезопаснее, где риск меньше.
– Выбирала она, – ответила Гармони. – А я хотела играть с ней. Она выбрала Игры без возврата, поэтому обе мы здесь.
– Ты уже играла в них?
– Дважды.
Её дочь игриво плескалась в небольшой заводи.
– И тебя продавали?
– Один раз. Первый. Второй раз я сама купила девушку.
– И как оно? Когда тебя продают?
– Интересно и познавательно. Начинаешь на многое смотреть новыми глазами.
– Охотню верю, – кивнула Фиона. – Не боишься, что пустят с молотка твою дочь?
– Хмм. – Гармони задумалась. – И да, и нет. Я всегда волнуюсь за свою деточку. Волнуюсь, но не слишком. В конце концов, её купит ученица Уордхема. К тому же Дестини сама настояла на Играх без возврата.
– Расскажешь мне потом, что случилось в тот раз? Ну, когда тебя продали? Я ещё не играла в такие игры, где плен надолго.
Гармони чмокнула Фиону в щёку.
– Конечно, расскажу. Расскажу обо всём, что спросишь.
Вернулись, доставив пленниц в лагерь, четыре конвоирши, и две тут же увели новую пленницу. Гармони решила выждать ещё немного. В ручье, помимо Дестини, плескались уже четыре женщины.
В этом году команды насчитывали по пятьдесят женщин – рекорд за пять лет с момента учреждения Игр без возврата. Формат становился популярным. Что удивительно: ведь к концу игры по меньшей мере пятьдесят женщин – вся проигравшая команда – будут проданы в рабство на неделю. Правилами допускалась и продажа участниц другой команды. Собственно, так и случилось с Гармони. Четыре года назад её команда победила, но из-за этого параграфа в правилах Гармони стала товаром на аукционе.
Белая команда поделилась на четыре патруля по десять патрульных каждый. Кроме того, каждому патрулю придали разведчицу. Большинство их только и делали, что разведывали – выслеживали вражеских разведчиц и патрули и доставляли информацию о них своим. В одиночку захватывать пленных умела одна лишь Дестини. Помимо патрулей оставались ещё шесть человек: стражницы, врач и капитан команды.
Вот только состав патруля Гармони. Она не знала, что и думать. Под её начало отдали самых что ни на есть хорошеньких. Она, Гармони – самая старшая, Дестини – самая младшая. Средний возраст остальных, наверное, около двадцати восьми. Патруль как будто нарочно сформировали из «конфеток». На Греческих играх за такой группой охотились бы в первую очередь.
К Гармони и Фионе подсела подошедшая Зара, мокрая после купания. Она ещё не оделась.
– Если мы здесь надолго, я бы сбегала в лагерь. Грудь уже полна, самое время сцедить.
Второй её ребёнок родился всего три месяца назад, молоко ещё наполняло груди и вызывало неприятные ощущения, если его не сцеживать.
– Вообще-то я хотела поскорее, – отозвалась Гармони. – Жду только, когда вернутся отправленные с пленницей.
Зара кивнула.
– Я подожду.
– А мы не можем помочь? – спросила Гармони.
– У кого-нибудь завалялся молокоотсос?
Гармони рассмеялась.
– Вряд ли. Но уменьшить дискомфорт мы, наверное, можем. К тому же молоко питательно. Если ты, конечно, не против.
– О. – Зара покраснела. – Об этом я не подумала. Да, это вариант.
– Эй, Дес! – крикнула Гармони. – Ты мне нужна!
– Иду! – крикнула в ответ Дестини.
Она грациозно выбралась на берег и потрясла головой, как собака, отчего брызги разлетелись во все стороны, а белокурые локоны взвились в воздух.
– Пора выступать? – спросила она, подойдя.
– Скоро, – ответила Гармони. – Первой я пошлю тебя. Но прямо сейчас Заре нужна помощь. Хочешь молочка перед выходом?
Дестини в замешательстве нахмурилась. Потом поняла и заморгала.
– Ты серьёзно?
Она перевела взгляд с матери на Зару и обратно на мать.
– Когда-то надо, Дестини, – сказала Гармони. – Можно отправить её в лагерь, но это минус один боец.
Дестини посмотрела на Зару. Та пожала плечами:
– Мне будет намного легче.
Покраснев, Дестини кивнула. Играм всегда сопутствовали прикосновения и эротичность. Порой, когда встреча продлевалась на следующий день, некоторые участницы даже занимались любовью. Но Дестини только младенцем сосала молоко прямо из груди. Ну, всё когда-то случается впервые, подумала она.
– Конечно, рада помочь, – решилась она наконец. – Как мы это сделаем?
– Будет проще, если ты ляжешь головой ко мне на колени, – предложила Зара.
Гармони и Фиона отодвинулись, давая место. Дестини легла. Две роскошные налитые груди оказались прямо над её лицом. Открыв рот, она поймала сосок Зары и нежно сосала, пока не побежало молоко.
Нечасто такое видишь, подумала Гармони. Она улыбнулась двум нагим красавицам. Щёки Дестини, сосущей грудь соратницы, то и дело западали. Несказанно эротично. Впрочем, Гармони видела ту или иную долю эротизма почти во всём, так уж была устроена.
– Ох, хорошо-то как, – вздохнула Зара.
Гармони рассмеялась.
– Хорошо от облегчения? Или от возбуждения?
Зара покраснела.
– И то, и другое, наверное. Я имела в виду облегчение, но хорошо и в другом смысле.
Дестини хихикнула и царапнула сосок зубами, отчего Зара ойкнула. Молоко оказалось удивительно вкусным и намного более сладким, чем Дестини ожидала.
Минут через десять Гармони потормошила дочь.
– Пора бежать на разведку.
Дестини последний раз засосала сосок и встала, отряхиваясь.
– А неплохо. Позже мне, наверное, захочется ещё.

Зара улыбнулась.
– Позже будет и ещё. Спасибо, что помогла.
– Фиона, не закончишь? – попросила Гармони. – Хочу перемолвиться с нашей разведчицей.
– С удовольствием, – широко улыбнулась Фиона.
Она легла и присосалась к другой груди. Гармони отвела дочь в сторонку.
– Найди нам один из их патрулей, – сказала Гармони. – Пока что всё веселье достаётся тебе. Надо, чтобы и другие поучаствовали.
– Конечно, мам, – кивнула Дестини.
– А потом, думаю, ты уже переловила всех их разведчиц.
– Вернусь сразу, как будут новости, – пообещала Дестини.
Она влезла в юбку, натянула кроссовки и летящим грациозным шагом поспешила на разведку. Гармони смотрела вслед и улыбалась.
Глава 2
Поиск патруля «чёрных» занял с полчаса. Дестини присела на корточки, наблюдая. Странно, всего три женщины. Может быть, «чёрных» уже успели изрядно проредить. Не поделились же они на патрули по три человека.
Некоторое время она следовала за ними, но они только ходили от одного конца долинки до другого и обратно. Дестини обшарила взглядом противоположную сторону, высматривая врага. Она помнила, как её поймали, заманив в засаду, на первых Греческих играх. Но никого видно не было. Понаблюдав минут пятнадцать, она вернулась к своим.
– Три? – переспросила Гармони. – Не понимаю. Кэнди, сколько пленниц было в лагере?
– Только те, кого поймала Дес.
– Хмм. Что-то не так.
– Хочешь, я вернусь и понаблюдаю подольше? – предложила Дестини. – Или отыщу группу покрупнее.
– Нет. Будем брать этих. В конце концов, это всего лишь игра.
Десять минут спустя они уже рассыпались по одной из сторон долины. Гармони послала Дестини в обход на другую сторону поискать засаду и, когда засад не нашлось, дала сигнал к атаке.
Гармони с дочерью встали рядом на вершине холма, а остальные девять «белых» ринулись вниз. Поглядеть было на что. Эти женщины, в основном домохозяйки и специалисты разных профилей, превратились в воительниц-амазонок. Из-под взметающихся юбок сверкали голые зады. Подбежав поближе к ничего не подозревающим «чёрным», амазонки испустили боевой клич, сделавший бы честь дикарям из джунглей.
Захваченные врасплох «чёрные» почти не сопротивлялись и быстро были раздеты и связаны. Девять воительниц отвели голых пленниц на вершину холма, к командиру и разведчице.
Зара победно крикнула и стукнула себя в грудь, подражая Дестини.
– Вот это класс!
– Ага, – согласилась Кэнди. – Хочу ещё.
– Давайте отведём добычу в лагерь, – сказала Гармони. – Потом наша разведчица найдёт нам других.
Прибыв в лагерь, они узнали, что пока только их патруль приводил пленниц, а из «белых», по последним данным, поймана всего одна разведчица.
Они выдвинулись в лес опять и послали Дестини на поиск других «чёрных». Она нашла ещё одну троицу, которую команда снова с лёгкостью захватила. В клетке в лагере стояли две новенькие голышки, но выяснилось, что на один патруль напали и пленили восемь «белых».
– Атаковать их лагерь? – спросила Гармони у капитана команды. – Или так их и ловить?
– Со спасательной операцией погодим. Похоже, игру продлят на завтра. Ловите их, изматывайте помаленьку.
Дестини нашла ещё одну группу, на этот раз из четырёх женщин. Все десять патрульных вместе с разведчицей коршунами спикировали на «чёрных» и снова взяли добычу. Опять раздели, связали и направились с ними к лагерю.
Дестини оставили искать следующую группу. Разведчица проводила своих взглядом, потом стала прочёсывать округу. Нашла ещё две группы «чёрных» и взялась искать третью, но тут услышала шум за каменной грядой.
Как можно бесшумнее она взобралась на гряду, легла на землю и подползла к краю. В заводи ручья за гребнем, хихикая и резвясь, плескались четыре голышки. На берегу лежали четыре кучки чёрной одежды – значит, из «чёрной» команды. Этих трёх групп патрулю хватит на какое-то время хватит, подумала Дестини.
Она быстро сползла с гребня и вдруг услышала хруст валежника под чьей-то ногой. Оглянулась через плечо. Над ней стояли три женщины в чёрном.
– Ой-ёй-ёй, – пробормотала она.
Одна «чёрная» улыбнулась.
– Да, ой-ёй-ёй. Привет, красоточка.
Дестини рванулась было, но на неё набросились, перебороли, раздели, связали руки за спиной. На шею набросили верёвочную петлю.
– Похоже, фокусы у Волшебницы кончились, – рассмеялась одна. Она приступила к Дестини и обвела пальцами грудь той. – Теперь я знаю, кого куплю после игры. Будет с чем поиграть недельку.
Дестини была потрясена. Такого обхождения с ней она ждала бы от «Сигмы», лесбийского студенческого сообщества. Но чтобы так вели себя выпускницы!
– Ещё поглядим, кто кого купит, – улыбнулась она во все тридцать два зуба.
– Ха! – фыркнула женщина и приподняла груди Дестини в ладонях. – Поживём – увидим.
Она нагнулась и пощекотала языком соски Дестини.
– Ничего так сиськи. Вот завладею ими – и уж поиграю так поиграю!
Дестини стиснула зубы.
– Хорош, – сказала другая «чёрная». – Отведём её в клетку.
Ведя её на верёвке к своему лагерю, они болтали между собой, а пленницу только изредка шлёпали по заду или тискали её грудь.
Одной из стражниц «чёрных» в лагере оказалась бывшая соседка Дестини по комнате, Саманта. Она широко заулыбалась, когда ей передали пленницу.
– Привет, «конфетка».
– Привет, овуляшка, – отозвалась Дестини. Три месяца назад Саманта забеременела, и это становилось заметно. – Я уже выставила заявку на тебя на предстоящих торгах. Скорей бы конец игры – и ты станешь моей!
Саманта только улыбнулась. Учась в колледже, девушки часто занимались любовью, и грудь Саманты была Дестини хорошо знакома. И всё равно от вида на полные, спелые полушария, приподнятые скрещёнными руками, захватывало дух. Дестини облизала губы, предвкушая, как опять попробует эти груди на вкус.
– Давай-ка в клетку к остальным, – велела Сэм. – Я бы тебя потискала, но у меня есть обязанности.
Удивительно, но в клетке находились только две голышки.
– А где другие? Где-то есть ещё одна клетка?
– Нет, в плену только мы, – ответила одна соратница. – Недавно наши сделали налёт и освободили других. Мы с Карли попались на обратном пути.
– Да, такая вот невезуха, – сказала Карли. Она лежала, упираясь поднятыми ногами в прутья клетки. – Но мне так и так нужно было передохнуть.
Дестини тоже легла, упёрла ноги в прутья, и троица пустилась чесать языками в ожидании, когда вызволят.
Бет, как оказалось, окончила колледж девять лет назад и в настоящее время работала врачом. Карли поступила в магистратуру и сейчас работала маркетологом в крупной компании, производящей товары широкого потребления.
День тянулся бесконечно. Раза два Дестини задрёмывала, а просыпаясь, опять вступала в разговор. Часа через два в клетку затолкали ещё двух пленниц – Гармони и Зару.
– У неё опять полная грудь, – со смехом сказала Гармони, показывая на Зару, – вот я и привела её к тебе.
– Тебя-то как поймали, мам? – спросила Дестини. Она знала, что мать попадается крайне редко.
– По неосторожности. Попали в засаду, перехватывая другую группу. Хорошо ещё, взяли только нас с Зарой. Другие успели сбежать.
– Как дела у «белых»? – спросила Бет.
– Мы их потихоньку тормошим, – ответила Зара. – У нас уже десятка два пленниц.
– Это хорошо, – кивнула Карли.
– Дес, шутки шутками, но моя грудь и правда наполнилась, – сказала Зара. – Ты не голодна?
Дестини широко улыбнулась.
– Ещё как! Ты такая вкусная!
Она снова легла головой на колени Зары и присосалась к груди. День повернул к вечеру, а пленниц в клетке не прибавлялось. Посвежело, и они сбились теснее, согревая друг друга своими телами. Среди ночи Зара будила Дестини дважды. Закончив сосать, та мгновенно проваливалась в сон и спала крепко, как младенец.
Наутро Саманты и двух других стражниц на виду не оказалось. Гармони сочла это хорошим знаком и сказала, что, наверное, из-за крупных потерь каждая боевая единица на счету и что «белые», вероятнее всего, побеждают.
– Но Сэм беременна! – ахнула Дестини. – Ей нельзя бегать!
– Думаю, она знает, как не повредить себе и ребёнку, и не станет делать ничего опасного, – сказала Гармони.
Солнце стояло в зените, когда в сопровождении двух подчинённых в лагерь «чёрных» триумфально вступила капитан «белой» команды.
– Мы победили!
– Ура! – крикнула Дестини.
– Класс! – обрадовалась и Бет. – Выпустите же нас поскорее!
Капитан подошла ближе.
– Это была хорошая новость. Плохая – вас мы не отпускаем.
– Что?! – ахнула Дестини.
Она знала правила, но до последнего не верила, что кто-то может вот так взять и продать свою же – и даже подумать о таком. Гармони возвела глаза к небу. Она-то знала, что товарищам по команде палец в рот не клади. Когда-то её уже продали вот так.
– Это нечестно, – всхлипнула Зара.
Дестини обняла её, ободряя.
– Зара, не разводи сырость! – укорила Гармони. – Всё честно. Нехорошо с их стороны, да, – но честно. Ты читала правила.
– Но я не хочу, чтобы меня продавали, – шмыгнула носом Зара.
– Тогда надо было выбирать другую игру, – сказала Гармони. – Надеюсь, ты запланировала недельную отлучку. Играя в Игры без возврата, всегда рискуешь быть проданной.
Глава 3
Дестини и остальных утешило то, как держится Гармони. Той, казалось, всё нипочём. Она не ждала такой каверзы, но была готова. Иначе просто не играла бы в Игры без возврата.
Успокоилась даже Зара. Счастьем она не горела, но наконец призналась себе, что понимала риски заранее. Именно благодаря этим рискам Игры так будоражат. Она задумалась, кто её купит и на что пребывание в рабстве будет похоже.
Когда первое потрясение прошло, Дестини разобрал жизнерадостный мандраж. Какие эти игры захватывающие – куда там Греческим, к которым она привыкла. Она тоже задумалась, кто её купит.
Она знала, чем закончилась неделя матери в рабстве четыре года назад. Знала, что мать уговорилась отдаваться в рабство на четыре недели ежегодно взамен на то, чтобы четыре недели владеть Кристи. Дестини даже несколько раз присутствовала дома, когда Кристи отбывала срок рабыней, но ни разу с той не играла. Однако отцу с матерью уговор явно пришёлся по душе.
До автобусов их, голых и связанных цепочкой, вели полчаса. Потом привезли к одноэтажному строению, где намечался праздничный ужин и аукцион. Внутри всё было нарядно убрано.
А публика уже съехалась, и немало. По залу бродило с коктейлями человек двести. Победители подвели к стенам пятьдесят пять пленниц и привязали руки тех, поднятые над головой, к вмурованным в стены крюкам. Ладно хоть пять «белых» пленниц разделять не стали.
Вот привязали последнюю, и начался смотр. Участницы «белой» команды и не только они гуляли вдоль стен, оценивая выпускниц, приготовленных к продаже. Среди гостей было много знакомых Дестини, окончивших колледж в этом и в прошлом году. Она узнала и многих других девушек, кто ещё учился и представлял на аукционе своё сообщество.
Четыре девушки из «Лямбды», сообщества Дестини, остановились её осмотреть.
– Что думаете? – спросила одна, гладя Дестини по щеке.
– Думаю, новенькие запрыгают от радости, заполучив в рабыни бывшую свою кураторшу, – ответила другая.
Она встряхнула груди Дестини в ладонях.
– К чёрту новеньких, – сказала третья, потирая пальцем ложбинку между половых губ пленницы, уже довольно влажных от возбуждения. – Я хочу Волшебницу себе.
Голова Дестини кружилась от всех этих ласк и касаний. Ей уже было всё равно, кто её купит. Если в ближайшее время не трахнут, она за себя не отвечает.
Наблюдающая за дочерью Гармони подавила смешок. Она знала, что дочь живёт здоровой половой жизнью, но возбуждённой ещё не видела. Дестини была на седьмом небе. Неделя у неё выйдёт нескучная, кто бы её ни купил. А в конце они поделятся впечатлениями. ух, скорей бы!
Гармони без внимания тоже не осталась. Многих выпускниц, которые её трогали и ласкали, она знала – встречалась раньше на Играх. Как ни удивительно, но подходили и нынешние студентки, ей незнакомые. А ведь она годится им в матери! Но они к ней так и липли. Она оказалась столь же популярна, как Дестини и Зара, привязанные справа и слева.
– Вот эту надо купить, хоть тресни, – заявила одна студентка, вводя палец во влагалище Гармони.
– Внеси в список для Санта-Клауса, – отозвалась подруга, потягивающая пленницу за соски. – Может, найдёшь её под ёлкой.
– Под ёлкой? Зачем она мне под ёлкой? – сказала первая. Вынув палец, она теребила клитор, отчего по телу Гармони прокатывались знакомые волны. – А вот промеж моих бёдер.
Похоже, я ещё ничего, подумала Гармони. Невообразимо: эти двадцатилетние девушки её хотят!
– Знаете, кто это? – сказала девушка-«сигма» из следующей подошедшей группы. – Это Поработительница.
– Да ладно?! – поразилась другая. – Шутишь? – И снова пальцы и ладони принялись бродить по телу Гармони. Груди встряхнули, соски покрутили. – И нам можно её купить?
– Думаю, наши не скажут спасибо, купи мы одну из своих, – вставила третья. – Особенно – Поработительницу.
– Жаль, – вздохнула вторая, оглаживая ладонями бока пленницы, тёплую шелковистую кожу. – Хотела бы я ею владеть.
«Сигмы» убрели. К пяти «белым» подходили всё новые гостьи – стайками и по одной. И вот раздался знакомый голос:
– Привет, мам. Привет, сестрёнка.
– Привет, солнышко, – сказала Гармони.
Дестини тяжело вздохнула, услышав голос сестры, Фейт.
– Ты-то что здесь делаешь?
Фейт встала перед голыми пленницами и улыбнулась.
– Так, покупаю украшения для общежития «Беты». Вы будете хорошо смотреться на столах в столовой.
– Даже не думай! – прорычала Дестини, обжигая младшую сестру взглядом.
Фейт училась в Уордхеме на втором курсе. Она рассмеялась и промахнула по соску старшей сестры пальцем.
– Как ты узнала, что мы здесь? – Дестини продолжала хмуриться.
– Шутишь? Весь студенческий городок знает, что сегодня продают Поработительницу и Волшебницу. Странно ещё, что здесь нет толкучки. Если не купить, то хотя бы посмотреть-то надо.
Дестини опять утробно зарычала. Фейт вскользь коснулась пальцем другого соска.
– Вот рычать не надо. Ты теперь собственность. Веди себя подобающе.
Предотвращая ссору между сёстрами-соперницами, вступила Гармони:
– Как игра, солнышко? Ты ведь играла на прошлых выходных?
– Да, – подтвердила Фейт. – Мы проиграли.
– Ха! – фыркнула Дестини. – Второй год подряд!
В прошлом году сообщество Фейт играло против сообщества Дестини. Дестини пленила сестру, а соседка Дестини по комнате, Тиффани, предъявила на неё права.
– И кому вы проиграли на этот раз? – спросила Гармони.
– «Сигме». Вот извращенки. Просто больные на голову. Не верится, что ты была одной из них, мам.
Гармони улыбнулась.
– Хорошо провела время?
– Да, наверное. Но унижений натерпелась.
– Через неделю давай поговорим, – сказала Гармони младшей дочери. – Расскажешь мне обо всём.
– Ладно, мам. Желаю вам обеим хорошо провести время.
Осмотр закончился, подали обед. Большинство женщин сели и принялись за еду, но кое-кто продолжал осматривать товар. На протяжении всего обеда пленницы оставались открыты взглядам.
– У тебя изумительные дочери, – сказала Зара.
Палец потенциальной покупательницы шуровал в её влагалище, губы приникли к соску, потягивая сладкое материнское молоко.
Гармони улыбнулась.
– Да, девочки у меня выросли достойные.
Глава 4
– Дамы, – сказала в микрофон организатор, когда обед закончился. Официантки убирали со столов. – На этих выходных прошла очередная игра. В ней участвовали сто выпускниц – рекорд для Игр без возврата. Популярность этого формата всё растёт.
Через минуту начнётся аукцион и вы сможете купить одну из пятидесяти пяти прелестниц. Но сначала – объявление. В следующем году появится новый формат Игр выпускниц.
Любимые многими Игры без возврата никуда не денутся, но мы предложим и новый их вариант. Это будет первая смешанная игра – в неё смогут поиграть пары, семейные или нет, мальчики в одной команде, девочки в другой. Сила и скорость мужчин и женщин неравны, а потому физически ловить противников не придётся.
Вместо этого выдадут пейнтбольные маркеры. Условие победы – захват всех участников «вражеской» команды. Играть придётся голышом, но в обязательных защитных очках. Проигравшую команду продадут на таком же аукционе, какой вот-вот начнётся. Единственное но: нельзя будет купить свою половинку, – так задумано для перетасовки пар. А рабство продлится две недели вместо одной, как на Играх без возврата.
Загремели крики «ура» и аплодисменты и долго не стихали. Люди хлопали стоя. Похоже, объявление пришлось ко двору.
– Ого! – вырвалось у Дестини. – Где можно записаться?
– У тебя даже нет парня, – попыталась отрезвить её Гармони.
– Заведу. Как думаешь, папа примет участие?
– О да. Обязательно. Но он – моя пара. Тебе придётся найти кого-нибудь другого.
– А теперь – аукцион, – объявила женщина у микрофона. – Каждый год мне выпадает высокая честь продавать красавиц Уордхема, пленённых на Играх без возврата.
Помните, что вся выручка идёт на благие цели. На Игры, на другие мероприятия выпускниц, в стипендиальный фонд. Игры без возврата стали основным нашим источником дохода, и десять девушек сейчас учатся в Уордхеме именно благодаря этим деньгам. Так что готовьте чековые книжки.
Четыре года назад мне выпала честь продавать первый лот сегодняшнего аукциона. Мы планировали оставить её напоследок, на сладкое. Увы, не сложилось – никто не хотел покупать других женщин, пока не поторгуется за эту. Больше мы такой ошибки не повторим.
Итак, начнём с лота номер один. Все, кто хоть раз участвовал в играх, её знают. Её рекорд по количеству поимок за время учёбы в колледже до сих пор не побит. Она – знаменитость. Встречайте Поработительницу!
Зал взорвался приветственными криками, когда на сцену вывели голую, но не связанную Гармони. Все встали, аплодируя. Шум оглушал. Дестини изумлённо смотрела, как мать снова гордо вступает на сцену, где её собираются продавать, и встаёт лицом к морю потенциальных покупательниц, расправив плечи и приосанившись. Невероятно.
Наконец аплодисменты стихли. Все сели на свои места. Аукционистка начала снова:
– Лот номер один – отменный экземпляр. – Она провела пальцами вниз по боку Гармони. – Мягкая, гладкая, упругая плоть.
Аукционистка сжала одну грудь Гармони, несколько раз встряхнула в ладони.
– Полные, крепкие, налитые груди принесут немало радости её будущей хозяйке.
Пальцы двинулись вниз.
– Надеюсь, вы все видите, какое тугое у неё тело. Плоский живот. Все изгибы на своём месте.
Вниз, ещё вниз. Пальцы задержались на венерином холмике. С тех пор, как стала рабыней на временной основе четыре года назад, Гармони внизу брила. Всё равно в первый же день рабства её обривают, – а потому проще проходиться бритвой ежедневно, чем каждый раз отращивать волосы заново.
– Гляньте, какое это тело холёное, – продолжала аукционистка. – А голые, гладкие шмоньки нравятся, наверное, всем.
Пальцы двинулись ещё ниже. Один проник во влагалище. Дестини отметила, что мать даже не вздрогнула. Вынув палец, аукционистка подняла его вверх. Он влажно блестел под лучами софитов.
– Уже возбуждена, – объявила аукционистка в микрофон. – Счастливице, которая купит этот экземпляр, предстоит целая неделя необузданной страсти и удовольствия. А теперь начнём торги.
Взметнулись руки, наперебой понеслись выкрики – каждый старался успеть проорать свою цену. Дестини оглядела зал и обомлела. Казалось, купить её мать хотят все.
Цена круто воспарила ввысь, и мало-помалу торгующиеся замолкали. Но другие торговались как цыгане, и цена всё росла. В конце концов остались две самых упорных претендентки, и минут через пять, в течение которых они оживлённо перебивали цену друг друга, продажа состоялась. Гармони ушла за десять тысяч долларов. И вот её уже уводят со сцены.
– Все, кто учится сейчас в Уордхеме, знают лот номер два, – продолжала аукционистка. – А скоро узнают и все выпускницы. Она занимает второе место по количеству поимок на Играх, уступая только Поработительнице. А сама, без чьей-либо помощи, пленила соперниц больше всех. В Играх выпускниц она участвует впервые. Я с огромным удовольствием предлагаю вам купить никогда ещё не продававшуюся Волшебницу!
И вновь зал взорвался аплодисментами. Под гиканье и восхищённый заливистый свист на сцену вывели голую Дестини. Аплодисменты перешли в оглушительную стоячую овацию.
Озирая зал, Дестини изумлялась. Они что, всех так будут встречать? Она не знала, смущаться или гордиться.
Как держалась мать, Дестини помнила, и, как та, шла прямо, не сутулясь. Дойдя до центра помоста, расставила ноги на ширине плеч, подбоченилась и оглядела громыхающую толпу гордо и вызывающе. Стоя у края сцены, Гармони улыбалась красивой и уверенной дочери.
– Лот номер два – тоже высший сорт, – сказала аукционистка, когда все успокоились и уселись. – Что за кожа! Какая текстура! Какая упругость!
Она огладила бока Дестини.
– А гляньте на эти сочные, нежные груди!
Аукционистка несколько раз встряхнула в ладонях каждую, демонстрируя, какие они крепкие, потом ухватилась за сосок, приподняла грудь за него и дала упасть.
Пальцы заскользили по животу, а аукционистка продолжала монолог, описывая женственные прелести. Затем рука замерла на лобке.
– Не знаю, видите ли вы этот миленький кустик – волосы очень светлые. Он подстрижен буквой «V». Ни дать ни взять стрелка, указывающая пчёлам: «мёд там».
По залу раскатился хохот, а Дестини опять изумилась. Мать предупреждала, что Игры выпускниц – не для стеснительных. Но не до такой же степени! Как будто она в плену у «сигм». Нет, даже «сигмы» не такие бесстыдные и отвязные.
К тому, что в неё засунут палец, Дестини готовилась заранее. Она попыталась не реагировать, но судя по тому, как обожгло лицо, покраснела.
– И мёда там немало! – пропела аукционистка. Она показала вынутый палец, ярко блестящий в свете софитов. – Лот номер два тоже обещает необузданную страсть и удовольствие без границ. Сколько вы дадите за этот экземпляр?
Как раньше, вырос лес рук, понеслась разноголосица криков – каждый старался перекричать других, хотел, чтобы его цену услышали. Палец аукционистки прокрался обратно во влагалище, и она принялась неспешно трахать девушку, другой рукой держа микрофон и называя последнюю цену.
Цена росла, пока опять не остались только две претендентки. В конце концов Дестини продали за десять тысяч, как и мать. Уходя со сцены, Дестини оглянулась и увидела, что следующей пойдёт Зара.
– Невероятно, – выдохнула Дестини, когда её отвели туда же, где стояла мать.
– Я предупреждала, – сказала Гармони. – Надеюсь, ты не очень смутилась.
– Нет. Невероятно другое – что я так возбудилась, – уточнила Дестини. – Чуть не кончила прямо там.
Гармони поцеловала дочь.
– Ты прекрасно смотрелась. Я тобой горжусь.
– Ты тоже смотрелась здорово, мам, – улыбнулась Дестини. – Я горжусь, что я твоя дочь. Итак, что дальше?
– Скоро должны подойти покупатели. Они расплатятся и заберут нас. Потом решать им. Может, уведут сразу, а может дождутся конца аукциона. Мы не увидимся до следующих выходных, котёнок. Желаю тебе захватывающей недели.
– И тебе того же, мам. – Дестини поцеловала мать. – Меня аж дрожь бьёт от предвкушения!
– Мы всегда стараемся предложить на аукционе что-нибудь сверх обычного, – услышали они аукционистку. – Те, кто любит свежее молоко, не поскупитесь на лот номер три.
На сцене краснела Зара. Аукционистка с помощницей держались за голые груди, наминая и оглаживая красивые налитые полушария.
– Лот номер три – мать прелестной трёхмесячной девочки, и лактация ещё идёт, а потому включите в цену этого восхитительного созданьица недельный запас свежего молока.
Из сжимаемых грудей брызнули струйки, искрясь в ярком свете.
– Кристи! Ты чего здесь? – услышала Дестини потрясённый голос матери и, глянув, увидела женщину, которая четыре года назад купила мать Дестини и с тех пор ежегодно на четыре недели становилась семейной рабыней.
– Я знала, что ты играешь на этих выходных, и приехала в надежде, что тебя продадут. И вот – купила.
Гармони возвела глаза к небу.
– Четырёх недель в году тебе уже мало?
– Моему отцу явно мало, – улыбнулась Кристи. – Он сделал спецзаказ на тебя сразу, едва ты ему проболталась, когда играешь.
– Так ты теперь сводничаешь для сэра Генри? – съязвила Гармони.
– Предпочитаю считать себя его агентом по закупкам, – опять улыбнулась Кристи.
– Ну ладно, – пожала плечами Гармони. – Не будем тянуть кота за хвост. Теперь я твоя.
Дестини вздохнула.
– А моя покупательница, похоже, передумала.
– Не передумала, – возразила Кристи. – Тебя тоже купила я.
– Что?! – ужаснулась Гармони.
– Ещё один спецзаказ босса, – широко улыбнулась Кристи.
Дестини захлестнуло лихорадочное, радостное волнение. С каждой минутой всё удивительнее и удивительнее ! От восторга хотелось прыгать.
Глава 5
– Что ты собираешься с нами делать, Генри. то есть хозяин? – спросила Гармони наутро, когда Кристи предъявила голых рабынь отцу.
– Что захочу, – расплылся в улыбке он. – И когда захочу. Рабы есть рабы.
– Но зачем тебе Дестини? – спросила Гармони.
– Как бы сказать.
Генри нахмурил лоб и приложил к щеке палец, словно в задумчивости. Потом продолжил:
– Я владею невероятно красивой и сексуальной рабыней – Гармони. Она мечта любого ёбаря.
Дестини ахнула, услыхав, как этот нахал описывает её мать. Да, та невероятно красивая и сексуальная. Но «мечта любого ёбаря»? Почему она не возмущается?
– Логично предположить, что и её дочь – замечательное создание, – продолжал Генри. – Так и оказалось.
Он взялся руками-лопатами за груди Дестини и полюбовался ими.
– И вот, когда я услышал, что её дочь тоже продаётся, я сделал заказ и купил и её тоже. – Он помял пышные груди и повернулся к Гармони. – И потом, разве ты не знаешь, что тройничок с матерью и дочерью – мечта каждого мужчины?
– И многих женщин, – добавила жена Генри, Элен.
Гармони возвела глаза к небу. Дестини с Кристи покраснели. Всем стало понятно, что мать и дочь ждёт неделя нещадной сексуальной эксплуатации.
Ранее Гармони гадала, как всё обернётся. Теперь она знала.
Знала давно и то, что дочь охоча до секса и бисексуальна. Они даже обсуждали некоторых половых партнёров – и партнёрш – Дестини. Дочь занималась любовью не разбирая полов.
Но то – с юношами и девушками её возраста, хорошими знакомыми. Гармони не знала, как отнесётся дочь к тому, что она теперь сексуальная игрушка незнакомой семейной пары. Оба супруга более чем вдвое её старше. И как сюда впишется Кристи? Возьмут ли супруги одну из рабынь, а Кристи оставят другую? Будет ли Кристи эту неделю доминировать – или тоже будет рабыней? Генри с Элен порой держали дочь в качестве рабыни. Впрочем, что бы ни случилось, будет интересно. Временами стыдно, но интересно до самого последнего дня.
– Ну вот, все познакомились, а теперь, если дамы меня извинят, я хочу опробовать новых рабынь, – заявил Генри.
– Кристи, будь умницей, надень на наших рабынь ошейники, – попросила Элен. – А потом отыщи свой.
Ну, один вопрос прояснился, подумала Гармони. Но не многовато ли будет – три рабыни на неделю?
– Меня не дожидайся, дорогой, – сказала Элен мужу. – Подойду чуть позже. Хочу прибраться на кухне.
Генри пристегнул два поводка и потянул за них.
– За мной, девочки.
– Ну вот, – шепнула Гармони дочери за широченной спиной мужчины. – Теперь будь готова ко всему.
Генри привёл их в игровую, свою любимую комнату. Подвес был уже готов. Оставалось узнать, кого в нём трахнут.
– Подсади-ка Дестини, – велел Генри. – Я ещё не дегустировал её прелести. Опробую её первой.
Гармони тяжело вздохнула, но послушно подвела Дестини к подвесу и помогла в него забраться. Потом минуты две застёгивала бесчисленные ремешки, – и вот дочь полностью обездвижена, поднятые ноги растянуты врозь.
Скольким матерям приходится готовить дочь к сексу? – задумалась она. Нет, даже так: сколько матерей вообще присутствуют при половых сношениях дочери? Немного, а то и вовсе ни одной.
Пока она возилась с ремешками, Генри разделся, и Дестини ахнула, увидев, какое бревно болтается между ног мужчины. Даже полувставший, член был огромен!
– Мам, – бросила она отчаянный взгляд на мать. – Он слишком большой.
Гармони похлопала её по плечу и успокаивающе прошептала в ответ:
– Великоват, котёнок, не спорю. Но ты справишься.
И повернулась к Генри.
– Мне выйти, хозяин?
– Даже не думай. Не об этом я фантазировал. Поди-ка сюда, подготовь меня.
Гармони тяжко простонала.
– Да, хозяин.
Дестини круглыми глазами смотрела, как мать встаёт на колени у ног Генри. Глаза округлились ещё больше, когда Гармони ухватила чудовищный член и поднесла к губам – а там и вобрала в рот. Дочь услышала свой собственный стон.
Она никогда не видела, как мать занимается любовью. Гармони отнюдь не чуралась секса и не скрывала этого. Даже рассказывала дочери о своих наиболее эротичных и безумных выходках. Но как она сосёт, дочь видела воочию впервые.
Губы Гармони были широко растянуты членом. Сначала в рот вошло около трёх четвёртых длины. Но член твердел и удлинялся, и входило всё меньше. Встав полностью, он стал помещаться во рту лишь наполовину.
– Молодец, – похвалил Генри, потрепав Гармони по голове. – Нужно ли готовить твою девочку?
Гармони выпустила член изо рта.
– Думаю, она вполне готова, хозяин.
Пристёгивая дочь в подвесе, она видела, что половые губы той влажно блестят. Дочь прямо-таки текла. Искусственная смазка – лишнее.
– Отлично. Тогда начнём. Идём, девочка.
Услышав приказ, Гармони снова тяжело вздохнула. Сначала она надеялась, что вовсе обойдётся без неё. Потом – что постоит в сторонке, вне поля зрения дочери, чтобы та меньше смущалась. Выходило, что и этого нельзя.
Она прошла за Генри к висящей в подвесе дочери. Ведомый членом, как стрелкой компаса, Генри ступил между растянутых врозь ног.
– Укажи путь маленькому Генри, – велел Генри.
Гармони тяжело вздохнула. Придётся не только смотреть, но и участвовать. Генри хочет, чтобы она заправила член во влагалище собственной дочери.
Гармони нехотя сомкнула пальцы на массивном члене. Генри двинулся вперёд, и она взяла прицел на вагину. Дожидаясь в подвесе, Дестини помокрела ещё сильнее, а порозовевшие щёки и грудь красноречиво говорили о нешуточном возбуждении.
Наконец член коснулся половых губ, и Гармони приладила его ко входу. Генри придвигался всё ближе, и Гармони с недоверием смотрела, как член мало-помалу проскальзывает в дочь.
Когда член вошёл наполовину, Дестини пронзительно вскрикнула. Другую половину так и обхватывали пальцы Гармони.
Генри толкнул член глубже, и Дестини взвизгнула снова. Её распирало. Не больно, однако настолько заполненной она не чувствовала себя ещё никогда. Приподняв голову, она увидела, что несколько сантиметров пока не вошли. Поместится ли он весь? Но куда уж дальше-то?
Генри подался назад, – выходящий член от обильной смазки поблёскивал, – потом снова толкнулся внутрь, погружаясь чуть глубже.
Член двигался, и каждый раз, когда он входил глубже, Дестини повизгивала. Наконец он вошёл весь. Она уже пыхтела, её ресницы трепетали. Гармони упивалась красотой голой дочери. Крепкие груди, увенчанные невероятно оттопыренными сосками, с каждым толчком чуть вздрагивали. По тугому животу пробегали волны. А влажно блестящий член продолжал ходить в ней как поршень, мерно и уверенно.
– Поцелуй свою девочку, – велел Генри.
Гармони молча зашла с другой стороны, наклонилась и прошептала дочери перед тем, как поцеловать в губы:
– Прости, котёнок.
Дестини простонала. К этому времени в мыслях у неё осталась только нагое желание, и внятно ответить она не смогла бы даже по приказу. Приподняв голову, она прижала губы к губам матери, приоткрыла рот и высунула язык. Гармони была захвачена врасплох, но тоже расжала губы и сплелась с дочерью языками.
Дестини опять простонала.
Генри пристально наблюдал. Обе ослепительно красивы, и обе принадлежат ему. И мать, и дочь! Осуществятся все его давние фантазии!
На бёдра Гармони опустились руки. Элен! Руки огладили бока, скользнули вверх и вперёд, ухватили и помяли груди.
– Поцелуйте её соски, девочки, – услышала Гармони.
Она оторвалась от губ дочери и поражённо воззрилась на Генри. Заметила, что голая, в ошейнике Кристи тоже в комнате. А Генри только кивнул.
Гармони вздохнула, покоряясь. Увидела, что Кристи встаёт по другую сторону подвеса и приникает к груди Дестини, и тоже вобрала в рот твёрдую горошинку.
Дестини взвизгнула, когда два голодных рта принялись смаковать её груди. Потом вся сжалась и вдруг затряслась в оргазме.
– А-а-а-а-а!!!
Гармони продолжала лакомиться грудью дочери, вбирая сосок глубоко в рот, потом выпуская, – и ещё раз, и ещё. Стыда и угрызений совести почему-то не было. Потому ли, что это игра и Гармони просто следует правилам? Или потому, что на этой неделе она рабыня, и выбора у неё нет? Или она аморальна и вины чувствовать не может вовсе?
Вероятно, дело и в том, и в другом, и в третьем, заключила она. Она давно осознала, что в сексе морали для неё нет. Нет никаких рамок. Она регулярно спала и с мужчинами, и с женщинами. Во время первой недели в рабстве у этой семьи её даже трахнул пёс.
Однако мысль заняться сексом с дочерьми ей в голову не приходила. Не выпуская соска изо рта, Гармони посмотрела на дочь. Та приподняла голову и улыбалась матери, полуприкрыв веки.
Мать сосёт её грудь! Почти сразу Дестини с криком кончила опять.
Всё это аморально, думала Гармони. Однако была рада и миг этот не променяла бы ни на что на свете. Красавица Дестини во время полового акта похорошела ещё больше. Само воплощение необузданной страсти, как и обещала аукционистка.
Похоже, дочь не сожалела и не мучилась тем, что ею столь неприкрыто овладевают на глазах у других. Элен ущипнула соски Гармони, потеребила их. Та бросила взгляд на Кристи. Закрыв глаза, дочь хозяев дома всё ещё сосала второй сосок.
Дестини кончила ещё дважды, а там извергся наконец и сэр Генри. Вытащив обмякший член, он заставил Гармони вылизать его дочиста. Кристи было приказано дочиста вылизать Дестини, и та кончила ещё раз, пока нежный язычок Кристи вычерпывал влагу из складок.
Глава 6
– Чудна́я она, твоя мама, – сказала Дестини.
Вышедшая Элен только что затолкала её на ночь в клетку. Посреди клетки уже лежала на боку, на подушке, голая Кристи.
– Играла с тобой в лошадок? – спросила Кристи.
– Угу. И роль лошадки отвела мне. С чего бы вдруг?
– Одно из её хобби. Любит обходиться с хорошенькими девушками как с лошадками.
– Всё звала меня хорошенькой лошадкой. Как-то это дико. А эта штука, которую она засунула мне в зад?
Кристи рассмеялась.
– А, хвост. Она считает, что без них лошадкам никуда. Хвосты крепятся на анальных пробках. Какую она тебе вставила – длинную или короткую?
– Уж точно не короткую. Она не давала забыть о себе ни на секунду.
– Да, мама чудна́я. И папа тоже. – Кристи похлопала по подушке. – Ложись рядом.
– Хорошо. – Дестини перебралась в центр клетки. – Но где моя мама?
– Развлекает сэра Генри, полагаю.
– Ах да. Наверное.
Дестини легла, прижимаясь спиной к Кристи, а та облапила одну грудь сестры по рабству.
– Катала маму в двуколке по округе? – спросила Кристи. Грудь приятно лежала у неё в руке.
– В двуколке? Нет, просто бегала по загону, а она щёлкала кнутом. Рысью! Галопом! Выше ногу! Шагом! Просто смешно. Рысью! Галопом! Шагом!
Кристи помяла грудь подруги.
– Думаю, двуколка будет завтра. Кстати, ты вроде как завладела маминым сердцем.
Дестини фыркнула.
– Честно говоря, она моим тоже. И не только сердцем. Как и твой папа, к слову. Похоже, они завладели нами безраздельно – и сердцами, и телом, и душой.
Кристи снова рассмеялась.
– Да, теперь ты их и душой, и телом. А они умеют обходиться с рабынями. Надеюсь, ты не против, что эту неделю тебя будут пользовать в хвост и в гриву.
Дестини вздохнула.
– Мама меня предостерегала. А я и думать не думала, что меня поймают и продадут. Но пока всё здорово. Когда твой отец меня трахал, я испытала невероятный оргазм.
Кристи сжала её грудь, потом двумя пальцами ухватила и помяла сосок.
– И не один. Я даже счёт потеряла.
– Да, – тихо признала Дестини, чувствуя, как горят щёки. – Не знаю, сколько их было, но все – невероятные. А ты? Как вышло, что ты рабыня собственных родителей? Тебя так воспитали?
– Нет. – Кристи зарылась носом в волосы Дестини. – Рабынь они держали, ага. Всегда хотя бы одну. Но я стала их рабыней только из-за твоей матери.
– Что?!
– Да, из-за твоей матери, – подтвердила Кристи. – В том году, когда мы с тобой познакомились, я привезла её сюда.
– Это я
знаю.
– К концу недели она заключила с папой соглашение. Он на четыре недели ежегодно получает её, а она на четыре недели меня.
– Да, это я тоже знаю.
– Ну и вот, первое, что она сделала – поделилась мной с моим отцом.
– Ого! – восхитилась Дестини. – Невероятно!
– Да. А уж я-то как офигела. С тех пор так и повелось. По крайней мере, когда я у них дома.
– Как ты выкраиваешь время? У тебя же, наверное, семья, работа? Четыре недели ты принадлежишь моей маме, а ещё твои родители – как часто ты рабыня у них?
– Я не замужем, а вот работа у меня есть, да. Я президент одной из папиных компаний. Но я своё дело знаю и вдобавок очень организованная, иначе ничего бы не вышло. Родители вызывают меня к себе примерно на неделю каждый месяц. Порой они путешествуют, и я несколько месяцев свободна, порой я целый месяц их рабыня, но в среднем в месяц выходит около недели.
– Ого! – опять восхитилась Дестини. – И они держат тебя в этой клетке?
Рассмеявшись, Кристи чмокнула Дестини в щёку.
– Папа зовёт её вольером. Нет, я в ней впервые, но клетку и установили всего две недели назад. Может быть, теперь я буду жить здесь.
– Владей тобою я, ты согревала бы мою постель. А он, дурачок, запирает здесь.
Кристи помяла грудь.
– Смотрю, ты освоилась в рабстве.
– Наверное, это всё мама. Я видела, как её продают. Она держалась так уверенно, гордо, безмятежно. Я поклялась, что буду как она.
– Вы – как две капли воды. Я в восхищении. Я изумилась, когда тебя трахал папа. Хоть тебя и связали, ты полностью владела своим телом и снова и снова пользовалась папиным членом к своему удовольствию.
Дестини хихикнула.
– Ну, помог и твой язычок.
Кристи рассмеялась.
– Да, ты вылитая она. И это в моих устах высшая похвала. Я от Гармони без ума.
Перекатившись лицом к Кристи, Дестини поцеловала её.
– Знаю и люблю тебя за это.
Они занялись в клетке любовью, потом снова легли рядом – Кристи позади, под её рукой грудь Дестини.
Девушки уже спали, когда в клетку подсадили Гармони. Она прижалась к спине Кристи, приобняла рукой обеих прелестниц-рабынь и провалилась в сон.
Глава 7
– Умопомрачительно, мам, – сказала Дестини наутро.
Три женщины в клетке проснулись и, сидя по-турецки кружком в центре клетки, ждали, когда выпустят.
– Я предупреждала тебя, – сказала Гармони. – Всё хорошо? Точно?
– О да, – твёрдо заявила Дестини. – Просто улёт! Быть лошадкой – так себе, но вот секс. эротичность прямо-таки зашкаливала. Но вот что странно: скажи мне кто, что меня трахнут на глазах у мамы, я приняла бы этого человека за сумасшедшего и подумала: какой ужас! И ошиблась бы. Когда меня трахали в твоём присутствии, это было очень, очень эротично. А потом ты взялась сосать мой сосок. боже мой!..
– Согласна насчёт эротичности, – вставила Кристи.
– Рада, что пока тебе нравится, – сказала Гармони. – Будь открыта новому и помни, что это всего лишь игра. Но безумства только начинаются. Сейчас среда, и до субботы случится ещё многое. Однако что бы ни случилось, не забывай: в субботу всё закончится.
– Стоит ждать других безумств? – спросила Дестини.
– И многих. Очень многих.
– Да, – согласилась Кристи. – Я знаю своих родителей.
– Ну, пока мне нравится, – широко улыбнулась Дестини.
Прежде одна мысль о том, что уже пришлось сделать, оттолкнула бы. Прежде Дестини и слушать бы об этом не стала. Почему в реальности всё так будоражило, было необъяснимо, но Дестини с нетерпением ждала, что дальше.
– Устроить, что ли, опять охоту? – спросил Генри у Элен.
Они потягивали кофе на открытой солнцу площадке перед домом. У ног Генри сидела Дестини и прилежно сосала массивный член. По промежности Элен энергично шлёпал язык Гармони. Кристи с кофейником стояла рядом, готовая наполнить опустевшие чашки.
– А что, охоты не было давненько, – отозвалась Элен. – И мы теперь можем выделить аж трёх девочек. Я поспрашиваю, вдруг кто заинтересуется.
– Да, будет неплохо, – кивнул Генри. – Ориентируемся на четверг.
– Те же правила, что прошлый раз? – спросила Элен. – Тебе достаются девочки, которых ты добыл?
– В прошлый раз было здорово. Давай по тем же правилам.
После завтрака Генри отвёл Гармони и Кристи в игровую, а Элен Дестини – в конюшню, где продолжила обучать тому, что обязана знать и уметь лошадка. После ланча все три рабыни заснули, утомлённые трудовым утром. Первой проснулась Дестини. Элен говорила по телефону. Собеседника слышно не было.
– Да, верно. Сверх оговорённых четырёх недель.
– Продать тебе наши права на неё? Обойдёшься.
– Вот станет нашей насовсем, тогда и поговорим. Возможно, будем давать её тебе почаще.
Дестини ахнула и зажала рот рукой. Элен говорила с кем-то о Гармони. «Станет нашей насовсем». они что, вознамерились сделать её постоянной рабыней?
– Ах да, её дочь тоже наша.
– Двадцать два.
Глаза Дестини округлились. Теперь говорили про неё!
– Она восхитительна. Упруга и спортивна. Круглится во всех нужных местах. Идеальная грудь. Красивые личико и фигурка. Просто восхитительна.
– Генри, похоже, так и считает. Говорит, она мечта любого ёбаря, как и её мать.
– Подстрелишь – она твоя. Ну что, участвуешь или нет?
– Отлично. Ждём в четверг, к девяти.
– Пока-пока.
Удивительный разговор, подумала Дестини. Они задумали сделать маму постоянной рабыней. А собеседник или собеседница получит её, если подстрелит на охоте. Надолго ли? Может ли статься так, что освобождение в субботу будет отложено? Надо рассказать про услышанное маме.
После обеда настал черёд Гармони висеть в подвесе, а перед тем, утром, Генри слил сперму в Кристи, потом запряг её и Дестини в плуг и заставил вспахивать грядки.
Затем уже Дестини подвешивала мать. Разобраться, как всё устроено, удалось не сразу, но с помощью матери она наконец справилась, и та закачалась в воздухе с растянутыми врозь ногами. Дестини отступила в сторону и стала ждать новых приказов.
Генри уже разделся, и Дестини содрогнулась, увидев его член, пока ещё вялый. Похоже, Кристи хорошо поработала утром. Но даже обмякший, член был очень, очень большим.
– Поиграй с девочкой, Дестини, – велел Генри. – Возбуди её.
– Сэр? – непонимающе приподняла бровь Дестини.
– Ты слышала. Поиграй с мамой. Развлеките меня.
Ого! – подумала Дестини.
Одно дело – когда мать целует её и берёт в рот сосок. Но дерзнуть самой.
Она бросила взгляд на мать. Та кивнула. Подбадривает? Или показывает, что Дестини права, сомневаясь? Подступив к подвесу, она заглянула матери в глаза. Та чуть улыбнулась, опять кивнула и прошептала:
– Давай, котёнок.
Ого!
Мама была права: безумства только начинались. Дестини нагнулась и припала губами к губам Гармони. Та приоткрыла рот. Выметнувшийся язык упёрся в губы Дестини. Поцелуй мгновенно стал чувственным.
Дестини знала: если всё пойдёт как вчера, скоро ей велят сосать грудь матери. И, не дожидаясь приказа, проявила инициативу. Стала медленно водить ладонью по животу Гармони, восхищаясь упругой кожей и телом.
Языки всё сплетались. Рука Дестини поползла к гладко выбритому лобку матери. Прикосновение к шелковистой коже было приятно.
Дестини завелась не на шутку, её мать, судя по неровному дыханию, тоже. Пальцы поползли выше. Ухватив правую грудь, Дестини помяла её. Вот и сосок. Она сжала его в пальцах – какой он твёрдый! – и покрутила. С губ матери сорвался стон.
Дестини несколько раз нежно-нежно пропустила сосок меж пальцев, ощущая, как он выскальзывает, и оторвалась от губ матери. Та простонала. Не переставая ласкать один сосок, Дестини приникла к другому губами. Наконец ухватила сосок посильнее и потянула грудь вверх. Гармони простонала опять.
Груди матери были великолепны. Округлые, крепкие, полные. Невероятно гладкая, нежнейшая кожа. Только подумать: Дестини этими грудями вскормлена!
Генри назвал её мать мечтой любого ёбаря. Сейчас, когда Гармони выгибалась и постанывала, оделяемая ласками Дестини, та понимала, что Генри имел в виду. Определение, вероятно, лишь краем касалось секса как такового и дано было, скорее, за красоту и отзывчивость. В Гармони присутствовала некая животная сексуальность.
Дестини вспомнила о Генри и взглянула. Его член стоял дыбом. Прислонившись спиной к странному гимнастическому брусу – или что это? – Генри гладил длинный кол рукой, наблюдая, как перед его глазами разыгрывается сцена, о которой он давно фантазировал. Дестини слегка прикусила сосок, пожевала, и Гармони проворковала что-то опять.
Через некоторое время Дестини выпустила оба соска и зашла с другого бока. Снова нагнулась и вобрала в рот другой чувствительный бутончик, правый.
Правой рукой скользнула по животу Гармони, погладила голенький лобок. Ладонь накрыла половые губы, влажные и пышущие жаром.
Подержав руку на промежности, Дестини стала растирать лепестки. Они уже распустились, приоткрывая вход. Скоро кисть обильно покрывала смазка.
К этой минуте Гармони выгибалась и стонала не переставая. Её полуопущенные веки слабо трепетали. По груди разлилась краска, удостоверяя возбуждение.
Дестини принялась легонько покусывать сосок, а пальцами потрагивать, ласкать чувствительный клитор. Очень скоро Гармони кончила, напрягшись всем телом. Её живот содрогался. Она испустила длинный низкий стон.
Дестини услышала шаги и взглянула в просвет между вздёрнутых кверху ног матери. Генри прилаживал член ко входу во влагалище. И вот толкнулся вперёд, легко проскальзывая во влажную шелковистую норку и одним махом загоняя по яйца. Рывком надетая на массивный дрын, ещё не совсем пришедшая в себя после оргазма Гармони охнула, отрывисто застонала.
Оторвавшись от вкусной груди, Дестини увидела, как толстый ствол выходит, густо покрытый блестящей смазкой. Выпустила язычок и встала поудобнее, чтобы доставать им до клитора.
Её охватил священный трепет. Вчера её мать смотрела, как имели дочь, но как трахают мать, Дестини ещё не видела. Половые губы красиво тянулись за выходящим членом, а потом тот задвигал их обратно. Член ходил, как поршень, а Дестини продолжала порхать языком над сочным клитором.
Гармони кончила снова, вознаградив усилия дочери стонами и сладким шёпотом. Но язык порхал и порхал: Дестини хотела выжать из рабыни в подвесе побольше оргазмов.
Левой рукой Дестини взялась за грудь матери, за сосок, на ощупь как резиновый. Правую протянула под телом матери, ухватила мотающиеся яйца Генри и легонько сжала.
– Умница, – простонал он.
И подумал: невероятная девчонка. Раз Гармони рабыня всего четыре недели в году, не определить ли на постоянную основу эту?
Выпустив яйца, Дестини переместила руку на зад матери. Подвес делали с умом. Он не только оставлял на виду шмоньку, но и раздвигал ягодицы, давая доступ к сморщенной дырочке ануса.
Дестини обвела открытый взгляду бутончик пальцем, потом приставила палец к центру и нажала. Её язык продолжал порхать. Она наслаждалась вкусом. Левая её рука всё играла с соском матери, дёргая его и оттягивая. Гармони кончила снова.
Всё это длилось ещё полчаса, за которые Гармони кончила ещё трижды. Наконец Генри бурно извергся внутрь неё. Дестини хотела продолжить изысканную пытку, но понимала, что матери надо перевести дух, а потому встала и отступила на шаг назад.
– Очисти его, – велел Генри, когда обмякший член выскользнул.
Омывая член языком, Дестини ещё раз попробовала сладость соков матери на вкус. На этот они мешались с солоноватой спермой.
– А теперь её, – велел он.
Гармони ахнула, но Дестини уже шлёпала языком по её шмоньке. Умелый язычок вонзался внутрь, слизывал и вычерпывал сперму. Гармони ещё раз кончила, а потом Генри наконец объявил, что хватит.
Глава 8
– Что ж, рано или поздно этого следовало ожидать, – сказала Кристи. – Ты же знаешь, мой папа тот ещё извращуга.
Она лежала в обнимку с Гармони в клетке, баюкая в ладони грудь подруги. Дестини Генри увёл часа два назад и сейчас она, видимо, его развлекала.
– Знаю, – вздохнула Гармони. – Глубоко внутри я, наверное, всё понимала, просто не хотела верить, что он на такое способен. Надеюсь, с Дес всё хорошо.
– А как оно тебе?
– Хмм. Тут есть загвоздка. Отчасти мне претят такие отношения матери и дочери. Отчасти. просто ух! Она изумительна! Я завелась сразу, едва наши губы коснулись. Она вертит тобой, как хочет. Сколько у меня было оргазмов? По меньшей мере пять.
– Папа сказал, семь. – Кристи помяла грудь. – Может, как-нибудь нам с Дес велят заняться любовью. Хочу с ней попробовать.
– Да, попробуй. Где она только всему этому научилась?
Рассмеявшись, Кристи шлёпнула Гармони по заду.
– Наверное, гены.
– Не знаю. Но она настоящая сексуальная хищница.
Они помолчали.
– Гармони, не знаю, как тебе сказать.
– Ты устала быть рабыней и хочешь разорвать нашу договорённость?
– Нет же! – Кристи была поражена. – Мне нравится быть рабыней. Точнее, твоей рабыней. Сэр Генри как хозяин – ни то ни сё. А тебе разве надоело?
– Нет, нет. Мне нравится владеть твоим прелестным телом. Да и в рабстве у твоего отца тоже неплохо. Но что тогда ты хотела сказать?
– Ну, пока это только подозрение, но мне сдаётся, папе с мамой опять вздумалось завладеть тобой насовсем.
– Что? Они хотят навсегда обменять тебя на меня?
– Не знаю, что конкретно они планируют, слышала только обрывки разговоров, – но они хотят располагать тобой круглосуточно и без выходных.
– И как они это провернут?
– Думаю, сначала спросят у тебя. Твои дочери уже самостоятельны, и ты, возможно, сама согласишься отдаться в рабство насовсем.
– А мой муж?
– Не знаю, что они предпримут, – честно сказала Кристи. – Могут спросить. Предложить денег. Шантажировать. Или – вот сейчас подумалось – попробуют достать тебя через Дестини.
– Через Дестини? – Гармони заморгала. – Но как?
– Не знаю. Может, устроят так, что Дестини попадёт в какое-нибудь ужасное, неприемлемое положение. Из которого ты будешь спасать её всеми средствами.
– Ну и ну. Ладно, только не говори ничего ей. Не хочу, чтобы она волновалась. Пусть её первая игра пройдёт без забот.
– Не скажу. – Кристи опять стиснула грудь.
Несколько минут спустя Элен привела Дестини, отперла замок и затолкала голую рабыню в клетку.
– Она прямо тигрёнок!
Гармони рассмеялась.
– Да, она такая. Мой котёночек.
Когда Элен вышла, Гармони похлопала по подушке перед собой.
– Присоединяйся, котёнок.
Дестини легла, прижимаясь к матери спиной. Гармони провела ладонью вниз по боку дочери, похлопала по заду, потом взялась за полную грудь. Дестини ёрзнула и прижалась теснее, наслаждаясь близостью.
– Надеюсь, тебе не очень тяжело в рабстве, – сказала Гармони.
– Нет! – чуть озадаченно воскликнула Дестини. – Я в восторге! Надеюсь, тебе тоже нравится?
– Скажем так: то, что случилось сегодня, не должно было случиться.
– В смысле, когда хозяин трахал тебя?
– Да, котёнок.
– Было красиво. И сам акт, и ты. Теперь я понимаю, почему хозяин зовёт тебя так, как зовёт.
– Но ему не следовало желать нашей с тобой близости.
– Почему бы и нет? – возразила Дестини. – Ведь он владеет нами обеими.
Реакция дочери удивила Гармони. Как близко к сердцу приняла дочь правила Игр без возврата! Странно, но Гармони была горда. Хотя то, как легко дочь отнеслась к инцесту, несколько царапало.
– Ну, вообще-то это аморально. Думаю, он не прав.
Дестини перекатилась лицом к матери и поцеловала ту.
– А я думаю, ты слишком много думаешь. Помни, это всего лишь игра. Сама же говорила: что происходит на Играх, дальше не идёт.
Она снова приникла к губам матери.
Ну и ну! Гармони невольно отдёрнула голову, поражённая. После заминки Дестини спросила:
– Кристи, не поможешь?
– С удовольствием.
Дестини взялась за плечо Гармони, а Кристи ухватила бедро. Они перекатили Гармони на спину, и Дестини опять поцеловала мать в губы, прижимая одну руку той к полу своим телом. Кристи легла на другую руку Гармони и, пользуясь доступностью грудей женщины, стала посасывать то один сосок, то другой.
Такого внезапного нападения Гармони не ждала и ахнула. Сначала она пыталась воспротивиться, но тело её предало. Вскоре язык Дестини прокрался в рот матери, и немного погодя та, усилиями двух девушек, уже стонала.
– Поменяемся? – предложила Дестини минут через десять.
– С радостью, сестрёнка, – широко улыбнулась Кристи.
Заняв место Дестини, она пылко поцеловала распростёртую рабыню. Дестини же легла на мать и обеими руками взялась за груди. Прижала одну к другой, потеребила соски.
Дестини сосала и лизала, покусывала и пожёвывала. Порой, прижимая груди одну к другой, сосала оба соска сразу, то вбирая в рот, то выпуская, а то и легонько царапая их зубами.
Гармони блаженно стонала. Две её сестры по рабству будили в ней сумасшедшую похоть. Губы и языки распаляли. Она охнула, когда Дестини спустилась ниже. Сжала ноги. Дочь легко их раздвинула и легла между ними, лицом над шмонькой.
Там было чем полюбоваться. Лепестки раскрылись и блестели от возбуждения. Махонький розовый клитор выглянул и походил на сверкающую жемчужину. Дестини легонько на него подула, и мать затрепетала. Наконец Дестини провела языком между влажных складок, собирая сладкий нектар.
Кристи опять принялась за груди прижатой к полу рабыни. Глубоко всосала сосок, потом оттянула голову, и тот выскользнул между неплотно сжатых зубов. Гармони громко застонала, а Кристи меж тем повторила всё то же с правой грудью.
Черпая языком как можно глубже, Дестини гуляла им по ложбинке между половых губ. Наконец подняла голову и взглянула на шмоньку матери. Провела пальцем по одной половой губе, по другой, и засунула палец внутрь. Сделала несколько фрикций, потом добавила второй.
Пальцы скользили во влажном, жарком влагалище. Дестини ещё не видела ничего прекраснее и эротичнее. Поцеловала очаровательный безволосый лобок, пальцами продолжая мать трахать.
И вот опять пора полакомиться. Дестини мазнула языком по сочной жемчужине клитора. Гармони застонала громче. Сложив губы трубочкой, Дестини засосала крохотную горошинку в рот, часто-часто касаясь её языком. Гармони тяжело застонала, забилась в оргазме, однако дочь продолжала посасывать чувствительный клитор, потрагивать его языком.
Наконец Дестини отняла губы, не переставая, однако, двигать пальцами в топком влагалище. Покрутила рукой, вращая пальцы внутри и наслаждаясь пружинистой мягкостью стенок. Живот Гармони всё ещё подёргивался: оргастические судороги ослабли, но пока не прекратились. Дестини остановилась, давая матери прийти в себя. Наконец живот успокоился, и Дестини начала всё по новой.
Вытянув сложенные два пальца, она добавила к ним третий и с лёгкостью ввела в рабыню. Язык запорхал над сочным клитором. Подёргивание живота Гармони тут же возобновилось.
– Нет, нет, нет, – запротестовала Гармони, когда жадные рты опять к ней прильнули. – На надо! Нет, нет, нет!..
Следующего оргазма долго ждать не пришлось. Гармони снова вся затряслась и громко застонала.
Но Кристи и Дестини не закончили. Прижимая Гармони к полу, они продолжали её, беспомощную, ласкать. Уже рано утром, когда она кончила ещё четырежды, они наконец с неё слезли.
Они легли, как лежали до нападения. Кристи взялась за грудь Гармони, а та – за грудь Дестини. Кристи сразу провалилась в сон.
– О том, что случилось на этой неделе – никому, котёнок. – Гармони приложила к губам палец.
– Конечно, мам. Что случается на Играх, дальше не идёт. Вечно ты беспокоишься по пустякам. А я так просто в восхищении. Было классно. И я доставила тебе сегодня одиннадцать оргазмов.
Смущалась Гармони редко, но на этот раз покраснела.
– Да, родная. Уж кому знать, как не мне.
Дестини хихикнула.
– Точно. Ах да, мам, хочу тебе кое-что рассказать.
Она поведала, как проснулась и подслушала телефонный разговор.
– Они не хотят тебя отпускать.
Гармони вздохнула.
– Я думала, мы это уже проходили. Они уже пытались – самый первый раз. Однако нам вроде бы удалось договориться полюбовно. Неужели их что-то не устраивает?
– Я волнуюсь, мам.
– Не волнуйся, котёнок. – Гармони помяла грудь дочери. – Помни одно: они могут добраться до меня только через тебя. Ни за что не соглашайся на продление рабства.
– Хорошо, мам.
Глава 9
Дестини стала любимицей Элен – та держала девушку при себе, если её не забирал трахнуть Генри или она не спала в клетке с остальными рабынями. Утром в среду Дестини опять находилась в конюшне, а Элен её взнуздывала. Вопреки всему Дестини надеялась, что обойдётся без унизительной анальной пробки с хвостом, но неминуемое таки случилось. Перегнув рабыню через перила, Элен без спешки вставила пробку в зад. Когда та погрузилась полностью, Дестини жалобно пискнула. Пробка была намного больше прежней. Выходит, та и впрямь маленькая?
Подгоняя упряжь, Элен, как обычно, дала волю рукам. Мяла груди рабыни. Крутила соски. Вводила палец во влагалище. Казалось, Элен восхищает всё.
– Чудо, а не лошадка.
В этот день Элен решила, что настало время покататься на новой лошадке по округе. Запрягла девушку в двуколку, потом забралась сама. Взмахнула кнутом, чтобы «лошадь» тронулась, а после только дёргала поводья, прикреплённые к прищепкам на сосках Дестини.
Ропща себе под нос, Дестини бежала по грунтовой дороге. Как это унизительно! Всякий раз, когда Элен дёргала поводья, «лошадка» охала: груди пронзала несильная, но боль.
Анальная пробка явно была толще и длиннее той, к которой Дестини привыкла, и ворочалась внутри при каждом шаге. Не больно, но и забыть про неё нельзя.
Дорога повернула, и Дестини стала как вкопанная, чуть не налетев на мужчину и женщину, едущих верхом. Её лицо залила густая краска. Посторонние! А она в таком унизительном виде!
– Славная у тебя кобылица, Элен, – похвалил мужчина.
– Да, формы что надо, – согласилась женщина.
– Привет, Мэри. Привет, Джон, – поздоровалась Элен. – Спасибо. Она у меня недавно. Я её ещё обучаю, но потенциал у неё ого-го.
Верховые спешились и подошли. Мужчина опустился на одно колено и поводил рукой по бедру рабыни.
– Похоже, чистокровка. И ляжки сильные.
– Я же говорю, у неё большой потенциал, – отозвалась Элен. – Да, вы ведь так и не ответили. Участвуете в завтрашней охоте?
– Пропустить такое? Ни за что на свете. – Мэри легонько потянула за хвост Дестини, другой рукой кругами водя по животу. – Можно нам взять с собой Элизабет?
– Конечно. Как охотницу или как добычу?
Джон расхохотался.
– Думаю, она уже большенькая и вполне может стать добычей. Как считаешь, золотце?
– Сколько у вас сейчас потенциальных трофеев? – спросила Мэри. – И эта девушка – сможем мы поохотиться на неё?
– Да, вы сможете поохотиться на Дестини, – кивнула Элен. – В этом году мы выставляем трёх. Одна – Дестини. Вторая – Гармони. Вы с ней уже встречались. А кроме того – Кристи. Ещё двух привезут Лора и Симпсоны.
– А сколько охотников? – спросил Джон.
– Пока – десять. С Элизабет будет одиннадцать. Одна пара пока не ответила.
– Хмм, – задумалась Мэри. – Наверное, пусть Элизабет тоже будет добычей.
Дестини слушала беседу в изумлении. Казалось, рабство для них – совершенно обычное дело, некая игра. Кто такая Элизабет? Их дочь, не иначе? А они беззаботно обсуждают, будет она завтра охотницей или рабыней.
Изумляло и другое: с Дестини обходились, как с самой настоящей лошадью. Про неё говорили, но к ней при этом не обращались, переговаривались только между собой, разве что осматривая её и ощупывая. Впрочем, с удилами во рту она и не могла внести ценный вклад в беседу.
– Ладно, нам пора, – а не то лошадка замёрзнет и захворает, – сказала Элен. – До завтра.
– Рассчитывай на шесть рабынь! – крикнул Джон, взлетая в седло. – Элизабет будет добычей!
Труся рысцой и увлекая за собой двуколку с пассажиркой, Дестини недоверчиво трясла головой. Эти люди – чокнутые!
Она радовалась бегу. Прочь, прочь от незнакомцев, которые так беспардонно глазели на неё и лапали. Ух, стыдно-то как! А главное, она начинала зябнуть, стоя на месте. Здесь, в штате Нью-Йорк, было намного холоднее. Одно дело – бегать голой в тёплом климате Вирджинии, где расположен Болдсуорт-парк. Но ещё весна, а на север штата Нью-Йорк тепло добирается медленно. Как только у Элен хватило совести вывести её покататься в такую холодищу? А завтра им трём придётся бегать весь день. Может, выдадут какую-никакую одежду?
Заведя Дестини за прикреплённые к соскам поводья в конюшню, Элен облила «лошадку» водой из шланга, обтёрла, потом расчесала длинную светлую гриву.
Элен не отпустила Дестини от себя и во второй половине дня. Связала вместе лодыжки, между колен вставила распорку. Дестини стояла на широко разведённых коленях, осев задом на лодыжки, как некая тренога. Её руки были связаны за спиной, на шее застёгнут высокий негнущийся ошейник, – и голову стало не повернуть.
В конце Элен туго обмотала рабыню эластичной сеткой, будто коконом. Сетка не покрывала только голову. Дестини была полностью обездвижена.
Вскоре смысл такого запелёнывания стал ясен. Элен хлопотала на кухне, – рабыня стояла там же, – и периодически, поднеся к обездвиженной девушке табурет, садилась и поднимала юбку. Шмонька Элен оказывалась прямо перед лицом рабыни, и та понимала без слов: вываливала язык и лизала, пока хозяйка не решит вернуться к работе. Унеся табурет, Элен опять принималась за стряпню. А Дестини-то думала, что унизительно быть лошадкой! Новое унижение превзошло все прежние. Опять её лишили человеческого достоинства, на этот раз низведя до положения вещи, просто-напросто вибратора на треноге.
День Гармони и Кристи прошёл более обычно – если день в рабстве можно назвать обычным. Всё крутилось вокруг секса. Генри трахнул Кристи, пока Гармони её ласкала. Оттрахал Гармони, пока ту ласкала Кристи. Наконец решил отдохнуть и велел им заняться любовью друг с другом ему на потеху. Опять трахнул Кристи, пока связанная Гармони сидела на жутком гимнастическом брусе.
В каждый из визитов Гармони он хотя бы раз брал её в зад, и сегодня тоже напоследок трахнул её анально. Гармони лизала шмоньку лежащей на скамье Кристи. Насадив первую на свой кол, Генри драл её в зад, пока она доставляла оргазм за оргазмом его дочери.
Вечером наступило затишье: и хозяин, и хозяйка к ужину наигрались с рабынями досыта. Сразу после ужина тех заперли на ночь в клетке, где они опять улеглись в обнимку на подушках.
– Сегодня нельзя, как вчера, всю ночь беситься, – остерегла Гармони, пытаясь заранее отвадить сестёр по рабству. Вчера ей не давали покоя много часов. – Завтра охота, и надо отдохнуть.
– У-у-у!.. – горестно провыла Дестини. – Ну хоть немножечко поиграть можно? Я сегодня ещё ни разу не кончила.
Кристи рассмеялась.
– Я о ней позабочусь.
Она перекатила Дестини лицом к себе. Та раскинула руки и ноги и хихикнула.
– Я вся твоя, – широко улыбнулась она.
– Нет, ты вся моего папы, – поправила Кристи. – Но сегодня твоё тело послужит к моему удовольствию.
– О-о-о! – вскричала Дестини. – Я сейчас прямо вся вздрогнула. Не знаю, что это такое. Меня прямо сладко передёрнуло, когда ты сказала, что я вся твоего папы.
– Не знаю, – продолжала она. – Это так волнующе, когда ты чья-то. Я того и гляди войду во вкус.
– Даже не думай, – строго сказала Гармони.
Глава 10
– Эта всё ещё моя любимица, – услышала Дестини.
Она повернула голову. Незнакомая женщина, взяв Гармони за подбородок, поворачивала голову той из стороны в сторону.
– Привет, Лора, – сказала Гармони.
– Да, сегодня я увезу с собой эту. – Лора провела пальцем вниз по шее Гармони, по груди, обвела одну грудь и другую. – Прелесть, просто прелесть. Сегодня я буду охотиться на тебя.
Дестини судорожно сглотнула, когда женщина посмотрела на неё.
– Приветик. Что это тут у нас?
Лора подступила к Дестини. Тонкие пальчики ухватили рабыню за подбородок и опять покрутили голову.
– Сколько красоточек. – Лора приподняла груди Дестини, большими пальцами потеребила твердеющие соски. – Как трудно выбрать. впрочем, зачем выбирать? Добуду вас обеих.
Она отпустила груди и шагнула к Кристи.
– И тебя тоже. Бог любит троицу. Трёх прелестниц мне, пожалуй, на день хватит. А ты всегда была моей любимой игрушкой. то есть подружкой по играм.
И впрямь, они дружили с детства, вместе выросли и были неразлучны. Поступили в разные колледжи, но подругами остались. А с тех пор, как Кристи стала рабыней Генри, доминантная Лорен часто свою лучшую подругу заимствовала для сексуальных утех.
Связанные запястья шести голышек, вздёрнутые высоко над головами, закрепили на крюках. Рабыни стояли рядком в центре амбара, для осмотра перед охотой. Десять доминантов переходили от одной голой красавицы к другой, ощупывая нежную упругую плоть и выбирая, на кого охотиться.
– Охоты не было уже несколько лет, так что напомню правила, – сказал Генри громко, привлекая общее внимание. – Мы выпускаем девушек и даём им четверть часа, потом идём за ними. Подстреленные остаются у подстрелившего до пяти вечера завтрашнего дня. Засчитывается попадание пейнтбольного шарика в любую часть тела. Вопросы?
– А мы? – спросила Гармони. – Нам достанутся те, кого мы подстрелим?
Сэр Генри рассмеялся.
– По мне, так и правда честнее. Что скажут остальные?
– Я обеими руками «за», – сказала Лора.
Она помнила, как прошлый раз благодаря этому дополнению к правилам разжилась целым гаремом.
– А вот я не знаю, – сказала Элен с сомнением.
Она тоже помнила прошлый раз. Её подстрелила Гармони. А ту позже подстрелила Лора, и Элен один день принадлежала ей. Ничего более унизительного в жизни Элен ещё не случалось.
Все остальные согласились с дополнением к правилам, и Элен наконец дала себя уговорить. Добыча тоже сможет охотиться. Но начнут рабыни безоружными.
– Итак, если рабыня подстрелит кого-то из вас, вы в её распоряжении. Если её потом подстрелит другой охотник, ему достанутся и она, и те, кого она успела подстрелить. Вопросы?
Рабынь выпустили, и они кинулись врассыпную. Поместье было огромным, но Дестини, Гармони и Кристи продумали план загодя. Они порознь добрались до условленного места.
– Нет чтобы выдать обувь! – сказала Дестини, сидя на камне и потирая подошву. – Хотят нас замедлить, не иначе. Хорошо ещё, сегодня куда теплее, чем вчера.
– Да, – согласилась Гармони. – Прошлый раз я была обута.
– Наверное, ты задала им жару, – предположила Дестини. – И теперь они вставляют палки в колёса.
– Прошлый раз она просто блистала, – сказала Кристи. – Но зачем бы им чинить нам препятствия? Мы и без того голые и безоружные.
На них не было ни одной ниточки, даже ювелирных украшений и ошейников. Рабынь выпустили в чём мать родила.
– Не верится, что родители Элизабет отдали её на охоту, – сказала Кристи.
– Почему бы и нет? – спросила Дестини. – Твои-то тебя отдали.
– Это да, – кивнула Кристи. – Но Элизабет всегда была для своих родителей маленькой принцессой. Я не удивлюсь, если она ещё девственница. Она совсем ещё девочка. Не знаю, есть ли ей хотя бы восемнадцать?
– Да, на вид она ужасно юная, – согласилась Дестини. – Но какая красавица! Когда разживёмся оружием, надо будет её подстрелить.
– Ну, если она ещё девственница, то ясно, за кем будет охотиться Генри, – сказала Гармони. – Но хватит болтать. Пора готовиться, а не то будем в пейнтбольной краске с ног до головы.
План они обсудили рано утром, проснувшись. Сначала они попробуют найти одинокого охотника. Дестини бегает быстрее остальных и будет наживкой. Покажется охотнику, а потом заведёт туда, где засядут другие.
Если охотников окажется двое, рабыни разделятся. Гармони и Дестини собьют с ног по охотнику и усядутся на них, не давая выстрелить, а Кристи обезоружит.
Жертв подстрелят, выводя из игры. Потом разденут, свяжут и отошлют к дому. С группами из трёх и более охотников связываться не будут ни в коем случае, разве что не останется иного выхода.
Место встречи усеивали валуны, за которыми легко укрыться. Двигаться можно было только по узким тропинкам между валунов, а потому путь охотника легко просчитывался. Оставалось ждать первой жертвы.
– Я возбуждена, – объявила Дестини через час.
Она растирала половые губы и оттягивала свой сосок.
Гармони возвела глаза к небу. Почему дочь ведёт себя так похотливо, да ещё в присутствии матери?
– Эту неделю ты сама на себя не похожа. Что стряслось? Подожди конца игры.
– Не знаю. Я всю неделю сексуально озабочена. Не могу ждать.
– Ну, тогда помоги себе сама, – сказала Гармони.
– Я ей помогу, – вызвалась Кристи. – Кончит в два счёта. Но сначала огляжусь.
Она подняла голову над камнями и осмотрела горизонт. Потом сползла вниз.
– В том направлении двое, – показала она. – Но движутся не в нашу сторону.
Потом подобралась к Дестини и присела перед ней на колени.
– Ладно, займись ею, – уступила Гармони. – Только побыстрее.
Кристи тут же принялась за дело. Её язык заплясал между влажных складок Дестини – да что там влажных, решительно мокрых! Дестини ущипнула свои соски большими и указательными пальцами. Как же хорошо! Вот это настоящая жизнь!
Бросив на сладкую парочку взгляд, Гармони покачала головой. Когда дочь успела стать такой нимфоманкой? На Играх раскрепощались все, но это и смех и грех. Язык Кристи шлёпал по клитору, и тут Дестини неожиданно напряглась.
– А-а-а..ммм.
Кристи зажала ей рот рукой, обрывая пронзительный крик. Гармони оглянулась на них в ужасе.
– Ага! – услышала она внизу. – Так и думал, что вы здесь. Но где же третья?
Перед Кристи и Дестини стоял сэр Генри.
Не раздумывая, Гармони взвилась с камня, на котором сидела, и обрушилась на Генри сверху. Сбила с ног. Кристи поспешила подобрать выпавший пейнтбольный пистолет. Гармони и здоровяк-охотник боролись.
Генри быстро уложил голую Гармони на обе лопатки, и у Кристи не осталось выбора. Она выстрелила отцу в зад.
– Ай! – вскрикнул Генри. – Это нечестно!
– На войне и в разнузданном сексе честно всё, пап, – отозвалась Кристи.
– «Пап»? А как же «хозяин»?
Кристи кашлянула.
– Хмм. А как же «хозяйка»?
Генри простонал. Его раздели, связали руки и отослали к дому. По правилам ему полагалось ждать, пока за ним не придут. Напоследок он попросил только защищать Кристи, которая его подстрелила. Попасть на целый день в рабство к Лорен ему не улыбалось.
– Кое-что из этого пригодится, – сказала Гармони, накидывая камуфляжную, с длинными рукавами куртку Генри.
Куртка была размеров на пятнадцать больше, чем надо, но Гармони закатала рукава, застегнула несколько пуговиц, и куртка укрыла от шеи до колен. Кристи сцапала бурую футболку. Та доходила до середины бедра.
– Значит, мне остаются штаны? – спросила Дестини, поднимая их и даже не пытаясь надеть. – И что в них проку?
– Из-за вас, девушка, нас чуть не захватили, – упрекнула Гармони.
– Вот как? Я больше не «котёнок»? – надула губы Дестини.
– Котёнок? Скорее, кролик. Живёшь от случки до случки.
– Прости, мам, – устыдилась Дестини. – Я исправлюсь. После игры что-то во мне перещёлкнуло. Теперь я всё время сексуально озабочена.
Гармони обняла дочь.
– Не волнуйся. Ты не кролик. Хотя думаешь почему-то не головой, а другим местом.
Дестини тяжело вздохнула. Но она сознавала, что потеряла голову. Либидо взяло верх. Оставалось надеяться, что в конце недели мать простит за распущенность.
Одевалась Дестини чуть дольше. Она хотела сделать из штанины что-то вроде бюстгальтера, но штаны были все заляпаны краской, и материи обернуть грудь не хватало. В конце концов из остатков одежды Генри всё-таки удалось кое-что сообразить.
Одевшись, Дестини стала похожа на порнографический вариант амазонки-супергероини из комиксов. Она выдрала шов из одной штанины – вот и пояс. Обвязанный вокруг талии, он вольно лёг на бёдра. Под импровизированный пояс заткнула край найденной в кармане банданы, прикрывая срам. Вырвала из штанов узкую полосу ткани, заправила в пояс сзади, чтобы прикрыть ложбинку между ягодиц.
Последним писком стал ремень: она обернула его вокруг груди, прикрывая соски, и затянула. Кожаная полоса промяла груди.
– Не будут так сильно прыгать, – объяснила она.
– Ты словно сбежала с экстравагантной сексуальной оргии, – сказала Кристи.
– Это практично, – возмутилась Дестини. – Я не гналась за гламурностью и эффектностью.
– Вот. – Гармони воткнула в волосы дочери, за ухом, длинное перо. – Тебе к лицу.
– Надо сменить дислокацию, – продолжила она. – Вряд ли сэр Генри разболтает, где мы, потому что тогда завладеют и им – но кто знает? Куда бы нам передислоцироваться, Кристи?
Они услышали крики где-то справа.
– Не туда. За мной.
Она повела развесёлую банду Уордхемских воительниц по тропе. Впереди лес расступался, образуя поляну, и они заметили движение. Через поляну, боязливо оглядываясь, кралась Элизабет.
– О-о-о! – прошептала Дестини соратницам. – Сама идёт к нам руки! Можно, я её добуду? Ну, пожалуйста!
– Нет! – отрезала Гармони. – Сосредоточься на задаче.
Дестини надула губы. Долго дуться ей не пришлось: в воздухе дважды свистнуло. На алебастровой коже Элизабет расцвело два ярких пятна, красное и синее.
– Мамочки! – охнула Элизабет.
На поляне появились Симпсоны.
– Похоже, мы оба попали, – сказал мистер Симпсон.
– Что ж, будет общей, – ответила его жена.
– Я так и так поделился бы с тобой, дорогая. – Он улыбнулся. – Но при виде сладкой малышки Элизабет. Сниму-ка пробу прямо сейчас.
Он расстегнул ремень, штаны упали. Член вяло висел, но глаза Элизабет всё равно округлились.
– Помочь тебе, дорогой? – спросила миссис Симпсон.
– Я сам. Позаботься о девочке.
Жена улыбнулась.
– С радостью, дорогой.
Она взяла Элизабет за плечо и помогла встать на колени. Потом толкнула на спину, на траву. Легла между разведённых ног и поцеловала девичью шмоньку.
– О нет! – воскликнула Элизабет. – Пожалуйста, не надо!
– Когда-нибудь это всё равно случится, – рассудительно возразила миссис Симпсон, ведя пальцем по ложбинке между половых губ, ещё сомкнутых. – Почему бы и не сейчас? В конце концов, теперь мы тобой владеем.
– Хорошо, что я ею занялась, – сказала она мужу. Тот дёргал твердеющий член, обшаривая взглядом округу. – Она сухая, как растопка для костра.
– Что ж, расшевели её, пусть намокнет.
Язык лизнул внизу, и Элизабет вскрикнула снова, сгорая со стыда. Её лицо расцвело всеми вообразимыми оттенками красного.
– Девочка готова, – объявила наконец миссис Симпсон.
Встав на колени, муж одним взмахом загнал член по самые яйца. Девушка вскрикнула – явно от боли. Миссис Симпсон с интересом смотрела, как муж овладевает новой рабыней.
– Свиньи! – прошептала Дестини. – Дикари!
Она вырвала у Кристи пистолет и, встав, бросилась на поляну. Миссис Симпсон была так поглощена непристойным зрелищем, что проморгала нападение. Но оружие таки держала, поэтому сначала Дестини выстрелила в неё. Муж так ничего и не понял, пока о его зад не разбился шарик с зелёной краской.
– Рабы! – победно объявила Дестини, уперев руки в боки.
Подбежавшие Гармони и Кристи обезоружили Симпсонов. Член мужа от испуга съёжился и выпал из Элизабет. Супругов раздели, связали и отослали к дому.
Голую Элизабет тоже связали. Дестини немного поиграла с полными грудями девушки-подростка, отчего Элизабет снова зарделась.
– Эти грудки теперь принадлежат мне, – сказала Дестини. – Ух и позабавлюсь я с ними!
Потом они отослали к дому и Элизабет.
– Чего это ты строишь из себя Рэмбо? – спросила Кристи, роясь в оставшихся от пленных кучках одежды. Кроссовки мистера Симпсона достались Дестини, поскольку она бегала больше всех. А вооружены теперь были все три рабыни.
– Они вели себя по-свински, – объяснила Дестини. – Кому-то надо было их унять.
Кристи закатила глаза.
– Возьмёшь что-нибудь из их одежды?
– Нет. – Дестини оглядела свой скудный экстравагантный наряд, сработанный ранее. – И так ничего.
Они пошли искать новое место для засады. В течение следующего часа они пленили Картеров, а потом, неожиданно для Лоры, и её.
– Какая хорошенькая рабыня. – Гармони облапила груди свежезастреленной. – Будешь мне прислуживать.
– Тебе просто повезло, – прорычала донельзя раздосадованная Лорен.
– Ты забыла добавить «хозяйка».
– Ха! – фыркнула Лора, со связанными за спиной руками поворачиваясь и направляясь к дому. Гармони шлёпнула её по заду, и бывшая госпожа, взвизгнув, подпрыгнула.
– Нелегко будет её воспитывать, – сказала Гармони, когда покачивающийся зад Лоры уже скрывался за деревьями. – Зато весело.
Глава 11
Отца Элизабет они встретили вскоре после полудня. Теперь, когда вооружены были все, захват дался легко. Они раздели мужчину, как и других, и связали ему руки. Потом отослали ждать конца охоты.
– Не видели мою дочь? – спросил он напоследок.
– Ты охотился на неё? – вопросом на вопрос ответила Гармони.
– Я согласился бы на любую из шести. Любая из вас – отличный улов.
– Ну, её подстрелили раньше, – сообщила Кристи. – Наверное, она уже в доме. Вернёшься – увидишь.
– Как она?
– Она восхитительна, – до ушей улыбнулась Дестини. – Жаль, добыла её не я.
Гармони шлёпнула дочь по заду.
Судьба нанесла удар вскоре после ухода мужчины. Оставалось захватить трёх охотниц: Элен, её подругу Пег и мать Элизабет, Мэри. Троица рабынь начинала верить в свои шансы на победу.
Они укрылись за валунами и обсуждали следующий ход. Дестини крутила пистолет на пальце, как стрелок с Дикого Запада. Палец дрогнул, пистолет выстрелил. Между грудей Гармони расплылось белое пятно.
Гармони охнула от боли.
– Что ты наделала, Дес!
– Прости, мам. Я случайно.
– Просто смоем краску, – предложила Кристи. – Случайности не считаются. Да и нельзя охотникам стрелять в охотников.
– Не совсем так, – поправила Гармони. – Если в тебя попали, ты в плену. Да, охотникам нельзя охотиться на своих, но рабыни могут охотиться на рабынь. А мы рабыни.
– Значит, теперь я тобой владею? – взволнованно спросила Дестини. Её глаза разгорелись. Вот это поворот!
– Похоже на то. Во всяком случае, пока.
– О-о-о! – взвизгнула дочь. – Свяжи ей руки, Кристи!
Подступив к матери, Дестини стянула с неё рубашку, бросила на землю. Облапила голые груди. Кристи между тем связывала руки новой пленницы.
– Владеть такими грудями – одно удовольствие, – хихикнула Дестини.
– Радуйся, радуйся, – сказала Гармони, недоверчиво качая головой. – Но сначала побегай-ка неподстреленной до пяти вечера.
– Не забудь добавить «хозяйка», – напомнила Дестини, оглаживая роскошные нежные полушария.
Гармони возвела глаза к небу.
– Радуйся, хозяйка. – И уже под нос проворчала: – Похотливая сучка.
– Ты только что заслужила хорошую порку, – сказала Дестини. – А теперь бегом к остальным. Я заберу тебя позже.
– Что будем делать теперь? – спросила она, когда Гармони исчезла в лесу.
– Найдём последних трёх охотниц, – предложила Кристи.
– Можно просто прятаться до пяти. У нас останутся все, кого мы подстрелили. Нам хватит. Только мама, чур, моя.
– Я хочу полного разгрома, – сказала Кристи. – Хочу захватить всех.
– Ладно. Всех так всех. Пошли.
Они обыскали всё обширное имение, – насколько всё же лучше в кроссовках! – но не нашли и следа трёх женщин.
– В голову приходят только два места. Или же они схитрили и прячутся в доме.
День клонился к вечеру, и скоро охота должна была закончиться. Вдвоём они отправились проверить последние возможные укрытия. В первом – пещере близ изначального места встречи – было пусто.
Другое, ветхую лачужку, когда-то построил первый владелец земли. Они скрытно подобрались поближе и услышали голоса.
– Время истекает, – говорила одна женщина. – Не добыть ли нам и себе рабыню?
– Да, было бы неплохо, – соглашалась другая. – Чтобы не скучать ночью.
– Я отсюда не ногой, – раздался голос Элен. – Не хочу снова попасть в руки Лоры. Это ужас что такое.
– Ну и сиди здесь, – сказала первая. – А я добуду себе хорошенькую сочную писечку.
– Я помогу, – вызвалась вторая. – И давай попробуем захватить двух.
Дверь распахнулась. Дестини и Кристи дождались, пока вышедшие не закроют её за собой, а потом открыли огонь и поразили обеих первыми же выстрелами.
– Выходи, мам! – крикнула Кристи. – Ты окружена!
– Не выйду, – донеслось из-за закрытой двери.
Пока Кристи договаривалась с матерью, Дестини раздевала свежепойманных и связывала им руки, а отослав голых дам, повернулась к подруге.
– Может, пускай сидит?
– Полный разгром, – напомнила Кристи.
– Ладно, тогда придётся за ней лезть.
– Давай.
Они встали по сторонам дверного проёма, как в полицейских сериалах, и Кристи распахнула дверь. Элен открыла лихорадочный огонь, осыпая дверной проём пейнтбольными шариками.
Дестини села на корточки и быстро высунула голову в проём.
– Она у задней стены с твоей стороны.
– Готова? – спросила Кристи.
Глубоко вдохнув, Дестини кивнула.
– Готова.
Они подняли пистолеты и, стреляя, вломились в лачугу. Элен строчила не переставая, и Дестини кинулась на пол. Хорошенько прицелилась и выжала спусковой крючок. Есть! На плече Элен расплылось пятно.
– Ты убита! – крикнула Дестини, и Элен со вздохом опустила оружие.
– Просто улёт! – хихикнула Дестини. – Выводи её.
– Ладно. Но она в меня попала, – сообщила Кристи.
– Неважно. Игра всё равно закончилась.
Выйдя из лачуги, они услышали отдалённый колокольный звон: пять часов. Элен раздели и связали. Кристи утверждала, что по-честному Элен подстрелила её раньше, поэтому сняла рубашку и кроссовки и дала подруге связать руки. И Дестини повела пленниц к дому.
– Мамочки! – ахнула она, зайдя в дом. Её окружили пятнадцать голышей со связанными за спиной руками. – У меня пятнадцать рабов?
Внезапное прозрение дочери позабавило Гармони.
– А то, котёнок.
– И что же, чёрт возьми, мне теперь делать? – вопросила Дестини.
– Отойдём в сторонку, – предложила Гармони. – Есть у меня мыслишка-другая.
– Мы ненадолго, – обернулась она к столпившимся рабам. – Никуда не уходите.
Гармони предложила дочери попользоваться кем-нибудь одним до семнадцати часов следующего дня, а других оставить на потом. Некоторых обязать прибыть к хозяйке или самой навестить. А некоторых, возможно, даже отдать другим рабам. Главное, чтобы в итоге каждый из рабов отбыл в рабстве все свои двадцать четыре часа.
– Блестяще, мам! – просияла Дестини. – Развлечений хватит на всех!
Они вернулись к остальным, и Дестини объявила судьбу всех рабов.
Глава 12
– Ну и как тебе Игры выпускниц? – поинтересовалась Гармони, когда они ехали вдвоём по глубинке Вирджинии домой. Дестини жила в округе Колумбия, а Гармони с мужем – в пригороде Вирджинии.
– О боже, мам! – выпалила Дестини. – Жду не дождусь следующего года! Почему играть можно только раз в году?
– Наверное, потому, что иначе такие, как я и ты, с игр бы просто не вылезали. Организаторы хотят, чтобы мы пожили и нормальной жизнью. Рада, что тебе понравилось.
– Ничего более будоражащего в моей жизни ещё не было, – объявила Дестини.
До того, как поехать домой, они слетали туда, где проводились Игры. Одноэтажное строеньице опять стало банкетным залом. Большинство участниц прошедшего состязания праздновали успешное завершение ещё одной игры.
К столу Дестини, Гармони и Кристи подсели Фейт и Саманта. Щёки Сэм прямо светились от сексуальной удовлетворённости. Или, может быть, это всё беременность, подумала Дестини.
– Ты поставила очередной рекорд по продажной цене, – сказала Сэм Гармони. – Точнее, вы обе. После вас я ощутила себя какой-то дешёвкой.
Фейт хихикнула и чмокнула Сэм в щёку.
– О, мы бы дали за тебя куда больше. Но зачем, если можно взять за бесценок? Думаю, многих отпугнула твоя беременность.
– Ну, тебя она не смутила, – отозвалась Сэм. Она повернулась к Гармони: – Думаю, у вас в семье появилась ещё одна волшебница.
Подняв брови, Гармони посмотрела на младшую дочь.
– Значит, Сэм купила ты?
Сквозь смех Фейт ответила:
– Ну, вообще-то её купило сообщество «Бета». Но почти всю неделю она была, как бы это сказать, моей личной домашней зверушкой.
Гармони снова приподняла бровь. Что это нашло на всегда такую робкую и застенчивую Фейт?
– Да, я была вроде её собачонки, – кивнула Саманта. – Знаете, такие с постоянно вываленными языками.
Она высунула язык и изобразила собаку, лакающую из миски.
Фейт истерически захихикала. Дестини покраснела: до неё наконец дошло. Она попыталась представить, как красавица Сэм, бывшая соседка по комнате, стоит на четвереньках между ног сестры и усердно лижет.
Наконец обед кончился, и народ стал разбредаться. Фейт и Сэм страстно целовались. Дестини услышала, как Сэм обещает через две недели провести ещё одни выходные домашней питомицей Фейт.
Дестини и Гармони поцеловали на прощание Кристи. Та заверила, что через две недели явится к Гармони на очередную неделю рабства. Потом мать и дочь сели в машину и поехали домой.
– Но запомни, Дес, – начала Гармони, когда они подъезжали к округу Колумбия.
– Знаю, мам, – перебила Дестини. – Что происходит на Играх, дальше не идёт.
– Именно.
– Не волнуйся, буду молчать как рыба, – заверила Дестини. – Да и кто поверит?
– Вот и славно, – кивнула Гармони.
Выход из затруднительного положения был запутанным, но рабочим. Шесть из пятнадцати рабов, которые достались Дестини, она отдала. Картеров отдала Симпсонам, родителей Элизабет – Картерам, а Симпсонов – родителям Элизабет.
Два выходных на нью-йоркской ферме рабами Дестини будут сначала Элен, потом Генри. Лора, Элизабет, Кристи и остальные отбудут срок в рабстве в вашингтонской квартире Дестини. А мать стала её рабыней сразу – до семнадцати часов следующего дня.
Гармони знала на себе, о чём говорила Сэм. В руках демоницы-дочери пришлось работать в поте языка. Дестини была ненасытна, и вечер следующего дня Гармони встретила изрядно измотанной и потасканной.
Дестини желала попробовать со взрослой красавицей-матерью всё-всё-всё. Тело матери приводило её в восторг, хотелось вкусить материнских прелестей по полной.
В игровой не осталось снаряда, к которому Гармони не привязывали за эти сутки. Забив в колодки, Дестини её отшлёпала. Трахнула страпоном висящую в подвесе. Отымела в зад связанную и усаженную на «гимнастическое бревно». И всякий раз после рабыня ублажала хозяйку языком.
Потом Гармони была привязана к Х-образному кресту, и тут-то ей пришлось унизительнее всего. Дестини решила попробовать фистинг. Она видела, как это делается, но сама не пробовала. А раз теперь у неё есть рабыня, к чему откладывать на потом? Когда дочь вставила в Гармони четвёртый палец, та возмутилась, но находчивая дочь засунула ей в рот кляп.
Глядя вниз, Гармони размышляла, откуда что взялось. Кисть дочери исчезала во влагалище. Пальцы исследовали его, растягивая так и сяк. Порой Дестини нагибалась и касалась языком клитора, отчего по всему телу разливалась возмутительная сладкая дрожь. А время от времени, не вынимая руку, вставала и целовала, посасывала один или другой сосок матери.
– Ты просто прекрасна, мам, – сказала Дестини после очередного поцелуя. – Удачно я поохотилась.
Вообще-то Гармони знала, откуда что взялось. Дестини была устроена в точности как мать. Была вольной, раскрепощённой, смелой и гиперсексуальной. Греческие игры помогли раскрыться этой её стороне. А участие в Играх без возврата совсем снесло дамбу, и теперь здоровая сексуальность так из неё и хлестала.
Но вот пробило семнадцать часов, и обеими снова владел Генри. Он насладился и той, и другой вечером в пятницу, потом в субботу утром, а там им уже надо было лететь в Вирджинию.
– Однажды вы обе станете моими, – сказал он им на прощание, стоящим голышом перед ним и Элен. – Надеюсь.
Дестини хихикнула.
– Однажды – и скоро – моими станете вы оба. И это точно.
– Смейся, смейся. Но когда-нибудь я вами завладею. Вы станете моими навсегда. Две самые вдувабельные женщины в мире будут принадлежать мне.
Гармони остановила машину у тротуара перед многоквартирным домом, где жила Дестини.
– Я чудесно провела время, котёнок. Надеюсь, ты тоже.
– Чудесно? Это просто бомба! Подумать только, до следующей игры ещё год. Может быть, мы будем соперницами и я смогу заполучить тебя на целую неделю.
– Поживём – увидим, – усмехнулась Гармони.
Она поцеловала дочь на прощание, и та ответила на поцелуй с неожиданной страстью. Одной рукой крепко обняла мать, другой стала наминать грудь. Наконец Гармони, тяжело дыша, отстранилась.
– Крольчиха ты похотливая. Игра закончилась.
– Не закончилась, пока я не вышла, – заявила Дестини. – И не забудь добавить «хозяйка».

(автор оригинала – captv8td)

Похожие публикации
Пусть случится всё то, что начертано свыше. Не лишайте себя тёплых фраз, нежных встреч. И, молясь о любви, знайте - небо услышит! Зажигая для вас звёзды бархатных встреч.
Произведение пришло к нам в виде потрёпанной распечатки из 60 – 70 годов прошлого века и было восстановлено практически вручную. Однажды в Моей жизни наступил вынужденный отдых.
Клуб располагался загородом, в нескольких минутах пути на машине. Это оказалось большое двухэтажное здание обнесенное высоким забором. Внутри была организована стоянка для машин. Олег въехал на территорию, поставил машину и только они вышли, как к ним подошла приятная блондинка лет тридцати.
Отец принцессы был большим собственником. И когда его жена погибла, он решил, что не расстанется со своей дочерью так долго, как сможет. Ей тем временем уже исполнилось 22 года, и она еще никогда не знала мужчин. Да и видела их крайне редко. Это были слуги и стражники.
Комментарии
Добавить комментарий
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.