Позорный столб. Часть 3

– Ну смешно, да, – покорно согласился Леннарт, и уже чуть потише попросил: – потешились да? Ну а теперь развяжите, девчонки. Сейчас же перемирие. Убивать и калечить врагов нельзя. Не буду же я стоять здесь вечно?
– Вечно не будешь, – в голосе амазонки послышалось что – то вроде сострадания, – а до будущего вечера придется. Позор есть позор.
– О, нет! – вырвалось у Леннарта. Он рванулся изо всех сил, но пеньковая веревка выдержала усилие могучего варвара и он застонал: – ослабьте хоть руки на минуту!
– А зачем? – девушка присела рядом, и с любопытством разглядывала пленника снизу вверх, стараясь заглянуть в опущенные глаза. Леннарт с трудом разлепил губы:
– Да у меня вот – вот мочевой пузырь на куски разорвется, – пробормотал он, стараясь, чтобы никто кроме собеседницы не услышал. Та поняла, хмыкнула, и приблизив свои губы к его уху прошептала доверительно:
– Никто тебе тут не поможет. По нашим степным законам тот, кто проявит сочувствие к осужденному должен будет сам поменяться с ним местами, – потом обернулась к своим, и победно воскликнула: – А мы с девчонками только и ждем коогда у тебя по ногам потечет. Позор есть позор. Так что это не мы зассыхи, а тот кому больше всего ссать хочется!
– Сука, – застонал Леннарт и изловчившись двинул плечом, удачно задев локтем по – девичьи упругую, но немаленькую грудь девушки. Та взвизгнула и отскочила к подружкам, держась за ушибленное обеими ладонями и чуть не заплакала.
– Ой, как больно дерется! Прямо по титькам!
Молодые амазонки агрессивно зашумели.
– Да я его сейчас ножнами!
– Давай вместе, я буду держать, а ты ножнами.
– Да держать – то его не надо, надо лезвием пощекотать.
– А если до крови? Как бы не влетело нам.
– Да зачем лезвием? Коленом и всего делов, он же привязан. И не в пах, а прям по пузырю.
– А если покалечим?
– А если я вас? – рявкнул Леннарт и для острастки рванулся еще раз так, что веревки затрещали. – Я вам серьезно говорю, идите сюда хоть все. Только замечайте, два раза повторять не буду. Покалечите меня, хоть царапина будет, вам хана, завтра вы меня отпустите, а послезавтра я вернусь с отрядом, и за нарушение договора мы ваш частокол снесем, и Властительница вас не ужином угостит, а моему отряду отдаст на часок, чтобы конфликт сгладить. Будете бить меня, я не дай бог веревку порву, и обязательно скажу, что вы, мокрощелки, меня освободили. А уж если совсем вырвусь, беда вам будет. Калечить не стану, но синяки на титьках долго не сходят, спросите у подружки!
Будь здесь опытные бойцы, Леннарт не произнес бы всей пламенной речи, но девчонок впечатлило. Они так и не сделали шагу на дощатый помост, где маялся пленный варвар, только постояли еще минут десять молча, в надежде глядя, не обоссытся ли он. Но Леннарт даже с ноги на ногу не переступил, с усмешечкой наблюдая своих палачей – недомерков. Девчонки явно не знали еще многих тайн жизни, и поэтому, пошептавшись, ушли куда – то за фургоны.
Приссали, сучки, злорадно подумал Леннарт.

3. Вейта пришла еще примерно через час, когда он уже не мог стоять спокойно и прямо. Немного постояла, наблюдая, как сжав зубы и зажмурившись, несчастный варвар напрягает то одну, то другую ногу, выгибается всем телом, пытается свести колени.
– Как жизнь? – окликнула Вейта, натешившись зрелищем вдоволь.
Леннарт открыл глаза и уставился на свою давнюю симпатию. Сейчас, после обильных возлияний в палатке властительницы, она была особенно хороша – длинные белые волосы свободно лежали на разрумянившихся щеках, огромные глаза казались бездонными, а скрещенные под грудью руки словно подарок выставляли напоказ основное достоинство славной воительницы. Леннарт жадно смерил взглядом собеседницу.
– Чего пялишься? – осадила она его так, как будто встреча произошла на ярмарке, и сейчас разгоревшиеся глаза мужчины обещают ей быть залапанной и затиснутой в угол.
– Как перекусили? – ответил он вопросом на вопрос, и сам чуть не рассмеялся, до того жалкий и сдавленный хрип вырвался из его пересохшей глотки.
– Отлично перекусили, – нараспев, подражая своей властительнице ответила Вейта: – интересная беседа, изысканные яства. – Но я спросила первая. Как ты тут без меня поживаешь? Хотя можешь не отвечать, я сама узнаю.
Она бесстыдно сунула руку ем
у между ног. Не ударить, так пощупать сухо или нет.
– Ты еще не опозорился? – удивилась амазонка.
– А вот нет, – презрительно усмехнулся Леннарт, и втянул воздух между зубами, потому что ладонь женщины прошлась опять по его мужскому достоинству, правда сейчас это было не больно, а здорово приятно.
– Ну и нечего хрен задирать, – видно было, что Вейта разочарована, но вместе с тем, и азартно разгорячилась. Пиво располагает женщин к игре. – Я и сама долго терпеть могу.
– Однако я терплю от самого шатра, – напомнил Леннарт, – а ты наверняка слила лишнее, перед тем, как вести меня сюда.
– Это ты верно заметил, – хмельно засмеялась амазонка: – Только не забудь, пиво действует не сразу. А я еще сколько на ужине хлебнула. И снова очень даже сильно хочу.
– Да ты не сравнивай, чего не знаешь, – огрызнулся Леннарт: – у меня пузырь как каменный, до того полный.
Вейта ничего не ответила, только снова полезла к нему рукой под шкуры. Потом так же молча прижалась низом живота к его почти онемевшей ладони.
– Давай, щупай, – предложила она. И сама не заставила себя просить.
– У! Как ты мне сдавила! – взвыл Леннарт.
– Да и ты не хуже! – выдохнула Вейта: – ну все, хватит. Дай теперь я себя потрогаю.
Минуту она стояла, уже не жестоко, а ласково поглаживая себя и его немного ниже пупка. Потом усмехнулась примирительно:
– Ладно, тебе и правда пожалуй больше хочется. Бедняжка варвар.
– У меня пузырь каменный, а у тебя железный, – нашел в себе силы пошутить Леннарт.
– Ага, – согласилась Вейта, – но я вон за тот фургон зайду, и вернусь к тебе свеженькая. А ты будешь мучиться, терпеть, а потом по ногам потечет, а я любоваться буду.
Она мурлыкала, словно кошка легонько коготками проводя по заросшей жесткими волосами руке варвара.
– Валяй, – пожал он плечами: – можешь еще десять раз отбежать в кусты, а потом гордиться своим железным пузырем. Мне так намного легче. Даже если для всех здешних я опозорюсь, мы то с тобой будем знать, что позор был бы твой, если бы мы по честному на спор терпели у столба.
– Я с тобой не спорила! – жестко сказала Вейта, и, скользнув рукой чуть ниже легонька сжала Леннарта там, где уже сжимала не раз: – я тебя взяла в плен и поставила у столба.
– И правильно делала, что не спорила, – согласился Леннарт сквозь зубы –. Когда у меня руки связаны, можешь меня тискать, хотя однажды, ты помнишь – сама не вытерпела. Уж если девочка боли не вытерпела, то куда ей бедной вытерпеть выпитое пиво.
Непобедимая амазонка даже всхлипнула от обиды. Привалилась к Леннарту грудью, и, выдыхая на него запах выпитого пива, спросила растерянно:
– Да что ты такой наглый? Я же что хочу с тобой сделаю.
– Ага, дуры сисястые, – в тон ей прошептал Леннарт: – вы так мужиков ненавидите, что у вас даже позорный столб на хрен похож. А про сам хрен вы ни черта не знаете, правда?
– Неправда!
– Правда, правда. Вот щупаешь ты меня, и ждешь пока я обоссусь. Так вот имей в виду, беги быстрее в кусты. Потому что если не добежишь, то это ты мокрая окажешься, а не я.
– Почему? – кошачье любопытство смешалось в голосе амазонки с парами алкоголя.
– А ты когда – нибудь видела, чтобы парень ссал и кончал одновременно? Не видела, Вейта, потому что парень так не может. И если рядом такие титьки, как твои я никогда в жизни не обоссусь, просто сил не будет, понимаешь?
– А у нас наоборот, – вдруг жалобно сказала Вейта, и отойдя на шаг, чуть присела, и ладонями прижала себе между ног: – вот я сейчас завелась, видишь.
– Вижу, – усмехнулся варавар: – еще бы не видеть, что соски у тебя дыбом.
– И терпеть сразу труднее стало, – призналась амазонка шепотом, то сгибая коленки, то выпрямляя: – тебе наверное нравится смотреть на меня сейчас.
– Нравится, – Леннарт даже засмеялся от удовольствия: – и ты если на меня сейчас посмотришь, тебе тоже понравится.
– Ой, у тебя хрен совсем встал. Ой, здоровенный до чего. – прошептала Вейта.
Привязанный к столбу мужчина стоял теперь прямо, а набедренные шкуры его теперь не просто оттопыривались. Главная орган мужского тела отодвинув и хорошенько натянув набедренную повязку со своего пути бессовестно торчал теперь наружу и немого кверху, слегка поблескивая в свете луны.

Похожие публикации
Дорогие читатели я уже в своих предыдущих 16 рассказах описала много своих сексуальных похождений. Многие уже знакомы со мной, но для тех, кто первый раз решил прочитать мои историю коротко напомню о себе. Зовут меня Илона. Сейчас мне 23.
Ника с удовольствием потянулась. Жаркое солнце уже начинало лизать ее стройные ножки, следовало уходить с пляжа или передвигать лежак на новое место в тень. Море монотонно шумело волнами.
Жил был на свете паук, вернее не паук, а огромная такая, лохматая и жадная паучиха. И развлекалась она тем, что ловила в сети людей. Разных людей: веселых и скучных, больших и маленьких, богатых и бедных, образованных и не очень. Красивых девушек и дряхлых стариков.
Работа моя кипела – проекты шли одни за другими, были всё интереснее и интереснее. Я же за это время поднялся от простого исполнителя до начальника отдела, помимо повышения ЗП мне так же полагался личный автомобиль.
Комментарии
Добавить комментарий
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.